Валентина была боса — туфли она сбросила после того, как долго бежала вверх по широкому склону среди бескрайних полей. Когда она дома тихонько выбралась из постели, небо было еще темным-темно. Шпильки, заколки, перчатки, шляпка и остальные предметы дамского туалета, без которых, как учила ее мама, юной барышне ни в коем случае нельзя показываться из дому, остались на туалетном столике. В свои семнадцать Валентина была достаточно взрослой, чтобы самой решать, как выглядеть. Поэтому она натянула легкое платье без рукавов, незаметно выскользнула из дверей, оседлала Дашу и прискакала сюда, в свое любимое место в отцовском загородном поместье. Тут она нырнула в темную мрачную лесную опушку, откуда любила наблюдать, как над Тесово разгорается утренняя заря.
Голые пальцы ног коснулись блаженной черной земли, влажной и липкой. Ветер растрепал ее длинные черные волосы, опутал ими шею. Здесь она чувствовала свободу, которая наполняла ее ощущением легкости, словно расслаблялись какие-то гайки, закрученные слишком туго где-то внутри нее. Так всегда было, когда ее семья приезжала из Санкт-Петербурга в Тесово, чтобы проводить здесь сонные летние месяцы или долгие зимние ночи, когда солнце почти не опускалось за горизонт…
…и продолжалось до тех пор, пока она не увидела винтовки.
Люди в капюшонах. Крадущиеся по лесному миру теней черные силуэты. Платье у нее между лопаток взмокло, пока она пряталась за деревом. Валентина услышала приглушенные голоса, потом снова наступила тишина. Какое-то время она прислушивалась, надеясь, что неизвестные с оружием уйдут. Но, как только кровавый рассвет прочертил над горизонтом яркую нить, похожую на струйку крови, люди внезапно рассыпались, исчезли, и сердце Валентины, точно обезумев, забилось в панике.
Шепот? Что это прозвучало за спиной? Ей показалось или это действительно был шепот?
Она развернулась. Всмотрелась в темноту. Никого.
Но в следующий миг перед ней мелькнула тень. Темная и быстрая. Появилась на мгновение чуть в стороне и снова исчезла. Потом еще одна, прямо перед ней. Они окружали. Сколько их? Валентина присела в колышущийся над землей плотный туман и на четвереньках стала пробираться через густой подлесок. Тонкие серые змейки утренней мглы оплетали ее лодыжки, ветки и листья скользили по лицу, но она не останавливалась, пока чуть не уткнулась в чьи-то ноги. Кто-то шагал по звериной тропе. Она замерла. Почти перестала дышать в своей пещерке из зеленых листьев папоротника. Ее конечности застыли (Валентина была не в силах оторвать преисполненный ужаса взгляд от грубой заплатки, кое-как пришитой на брюки в районе колена), но потом снова пришли в движение. Она вильнула влево и стала пробираться дальше. Если удастся выползти на опушку, где она оставила лошадь, можно будет…
Удар пришел из ниоткуда. Сбил с ног. Она упала на спину. Лежа на сырой земле, Валентина попыталась отбиться от руки, схватившей ее за плечо, впилась в запястье зубами. Почувствовав кость, она сжала зубы сильнее. Во рту появился вкус крови. Руку резко отдернули, прозвучало грубое слово, и она вскочила на ноги, надеясь убежать, но тут последовал новый размашистый удар, на этот раз в челюсть, от которого девушка отлетела в сторону и ударилась щекой о ствол.
— Она здесь! — выкрикнул низкий густой голос.
Валентина приподнялась. Перед глазами все вертелось, но она разглядела, как кто-то заносит над ней руку для следующего удара, и пригнулась. Раздался гул, кулак угодил в ствол, и тот, кто напал на нее, взревел от боли и ярости. Валентина выпрямилась во весь рост и припустила в лес. Но земля словно зашаталась у нее под ногами, заходила ходуном, сливаясь с серым туманом и вспыхивая огнем, каждый раз, когда она пересекала пробивающийся через густые кроны деревьев тонкий луч света.
— Черт! Стреляй в нее!
Стреляй?
Звук свинца, вошедшего в патронник винтовки, резанул ее мозг. Она бросилась за ближайший ствол и дрожащими пальцами впилась в шелушащуюся кору.
— Погодите! — крикнула она.
Тишина. Топот бегущих ног и хруст веток внезапно прекратились.
— Погодите! — Ее голос прозвучал отчаянно громко.
— Выходи, чтоб мы могли тебя видеть.
— Вы не будете стрелять?
Кто-то зло рассмеялся.
— Не будем.
Пока что в нее не стреляли. Может быть, они не хотели выдавать себя громкими звуками? Эхо ведь разносится далеко. Она не могла сглотнуть, в горле пересохло. Эти люди не шутили. Чем бы они ни были здесь заняты, она помешала, и теперь ей не позволят просто так уйти. Единственный выход — говорить с ними.
— Ну, быстро! — прокричал злой голос.
Сердце Валентины замерло, когда она шагнула из-за дерева.
Их было пятеро. Пять мужчин, пять винтовок. Только у одного из них, самого высокого, винтовка болталась на плече, как будто он не собирался пускать ее в дело. Черные маски уставились на нее, и от одного их вида мороз продрал по коже.
В нее не выстрелили. И на том спасибо.
— Это просто девчонка, — насмешливо произнес один.
— Хотя быстрая, тварь, как заяц.
Трое двинулись к ней. Она напряглась, привстала на цыпочки, готовая в любую секунду сорваться и броситься наутек.