- Моя сестра, Деви, писала Вам о моем приезде, прекрасная госпожа – важно проговорил он – Вы дали на то ваше согласие. Я надеюсь, что княжна Гури, этот нежный цветок, взращенный в вашем саду, окажется достойна вендийского принца и ничто не сможет помешать нашему браку. Появление наследника, я думаю, только укрепит союз между Вейнджаном и, дружественной ему, Вендией!
Теперь настала очередь Марджены удивляться нахальству и настойчивости вендийца, но на помощь правительнице пришел Вайомидис.
- Раджасса, как и все мы, польщена Вашим предложением, принц, но решать данный вопрос может только княжна Гури. В нашем княжестве девица может сама позаботиться о выборе избранника. Разумном выборе, разумеется.
- Я хотел бы лично побеседовать с прекрасной княжной – продолжал настаивать принц – Я столько слышал о ее красоте и благонравии. К тому же, до меня донеслись и иные слухи – о похищении и прочих ужасах.
- Это не белее, чем слухи! – куда резче, чем следовало, ответила раджасса – В данный момент, княжны нет во дворце, но, мы обязательно ознакомим ее с вашим предложением, как только она вернется. А, теперь, принц – Марджена уже не скрывала своего неудовольствия – Аудиенция закончена. После перенесенных волнений я нуждаюсь в отдыхе. Да и вам, как я посмотрю – она изволила обратить внимание на неопрятное одеяние вендийца, измятое и залитое маслом – стоит позаботиться о себе. Рахабуи! – Марджена хлопнула в ладоши и толстый евнух, почтительно кланяясь, возник на пороге – Позаботьтесь о нашем драгоценном госте, выполняйте все его прихоти!
Ченгир-хан покорно кивнул и последовал за масляно улыбающимся евнухом. Теперь он знал точно, что слухи о похищении княжны – чистая правда, а не выдумка досужих сплетников. К тому же, Рахабуи показался ему неглупым и смышленым малым, даром, что евнух. Золото открывало рот и не таким хитрецам.
Вендийский принц низко поклонился раджассе и удалился в сопровождении своих телохранителей и Рахабуи, чье широкое лицо сияло от восторга.
Хитрому челядинцу не очень нравился Ади-Басс и он, оставаясь верным раджассе, претерпел немало неудобств от солдат узурпатора, наперегонки наровящих поглумиться над толстяком.
Теперь же, все вернулось на свои места и маленький человек Рахабуи, был очень рад, что где-то на небесах боги решили именно так, а не иначе.
**
Шарма почти выбилась из сил, но ей все же удалось добраться до нужного места.
Жрецы Шиншага, Короля Кобр, хорошо прятали свое убежище, в котором, как и Шанкара, приносили в жертву своему божеству, ни в чем не повинных людей.
Шиншаг Тысячеголовый мог считать себя младшим братом грозного Сета, Верховного божества Стигии. Только вот в Стигии, стране черных магов и черного колдовства, власть его никто не оспаривал, а вот в Вейнджане дела обстояли совсем иначе.
Крошечные фигурки змей, встречавшиеся как на перекрестках больших дорог, так и на проселочных тропах, грозно скалили длинные зубы, требуя жертвоприношения. И забитые, суеверные селяне тайком, дабы не злить служителей Всеблагого Асуры, приносили к этим зловещим фигуркам убитых зайцев и мышей, а кое-кто и домашний скот, опасаясь мести древнего бога.
Последователи Шиншага редко появлялись в городах и деревнях, предпочитая хранить свои тайны и селиться в местах далеких и труднодоступных. Однако, они были падки до золота и иных земных благ, а в тайниках заброшенного храма, оставленного Шармой, хранилось много богатств.
Торговля черным лотосом, порошком грез, приносила сестрам-жрицам большие деньги. Они снаряжали караваны с запретным зельем и отправляли их на Запад, где цена одной щепотки возврастала в тысячу раз.
Демоны-ракшасы, хранители плантаций лотоса, заботились о том, чтобы рабы Черных жриц не разбегались, а уносили тайну в могилу.
Теперь же, богатства, накопленные сестрами, должны были помочь Шарме отомстить за гибель единственной родственной души и крушение надежд.
Ее появления ждали.
Змеи, верные своему повелителю, донесли служителям Шиншага о приближении жрицы. Она, превозмогая усталость, выбралась на твердую землю, перейдя, по колено в воде, шумный ручей и наткнулась на три безмолвные фигуры.
Облаченные в одеяния из перьев и змеиной кожи, жрецы Шиншага молча дожидались, пока женщина не подойдет к ним поближе.
Шарма, ничуть не стыдясь рваных остатков, некогда роскошного платья, цвета изумруда, остановилась перед ними, гордо подняв красивую голову.
- Зачем пришла ты к нам, служительница мертвой богини? – заговорил тот, кто стоял в центре. Остальные угрожающе зашевелились, заметив, что жрица кривит губы в усмешке.
- Я пришла за помощью - ответила Шарма, жалея о том, что не может приказать бросить нахального жреца в пруд с крокодилами.
- Ты просишь помощи у Шиншага? – жрец едва не рассмеялся, чувствуя свое превосходство – Ты, которая только берет и ничего не предлагает взамен.
