-Да пошел ты…советчик…- Радха зло сверкнула глазами - Сама не знаю, что это на меня нашло.Этот ублюдок меня уроет,когда очнется.
- Что произойдет весьма скоро - подтвердил киммериец - Череп у него крепкий, так что советую меня послушать.
Хозяин трактира, давно прекративший визжать и трясти дубиной, схватил девушку за тонкую руку
- Немедленно на кухню, Радха! – взревел он, голосом похожим на звук хриплых труб туранской стражи он - Люди хотят есть и пить. Я плачу тебе не за то, что бы ты помогала всяким язычникам бить честных туранцев. Знаешь, мне придется очень хорошо подумать над твоим поведением….. ..Визгливый голос трактирщика внезапно был перекрыт мощным рыком, раздавшимся вслед за грохотом слетевшей с петель двери.
Трактирщик сделал страшное лицо и, со скоростью,удивительной для такого жирдяя,развернулся на подозрительный звук.
- Кого еще там ифрит принес на мою голову? - взвопил он не своим голосом - Вы что себе позволяете?
Темные тени сгрудившиеся у самого входа в трактир, раздались и в полосу неверного света шагнула мощная фигура, облаченная в форму городской стражи Аграпура.
-Что-то неладно в твоем заведении? - кривя губы в презрительной усмешке, оинтересовался хорошо знакомый трактирщику человек.
Салим-аля выругался так тихо, что его смогла услышать только Радха. Она подняла голову и прислушалась - в трактире стояла глухая тишина. Обитатели трущоб не привыкли к посещениям городской стражи - слишком опасны были кривые улочки Нищего города для солдат короля Илдиза. Длинные кинжалы бродяг, их острые заточки и крепкие удавки одинаково хорошо отправляли на Серые равнины и зажиточных горожан,и подгулявших иноземцев,на свою беду забредших в подозрительный район,и туранцев,носивших армейскую форму. Ун-баши, в сопровождении своих стражников, появлялся в «Бычьей ляжке» раз в месяц, получал положенную мзду и благополучно исчезал еще на такой же срок. Должно было случиться нечто неординарное, чтобы осторожный десятник нарушил договор и приперся в неурочное время.
Десяток солдат с саблями наголо уже рассыпались подле стен, отрезая посетителям трактира дорогу к бегству.
Отпихнув с дороги оцепеневшую Радху,Салим-ай,низко кланяясь и беспрестанно шаркая ногами,засеменил к грозному стражнику.Процветание его торговли напрямую зависело от расположения этого отнюдь не благодушного ун-баши.Десятник мог наводнить район своими солдатами и порушить хорошо отлаженную систему выкачивания денег,устроить «веселую»жизнь проституткам и уменьшить доходы сутенеров,а также помешать очень прибыльной контрабанде и торговле лотосом.Подолом собственного халата Салим-аля вытер стол, попутно оттеснив пару оборванцев, сбросив на пол их нехитрый ужин. Десятник лишь хмыкал, наблюдая за суетливой угодливостью трактирщика.
- Ах, уважаемый Аннамурад-готур, как трудно стало жить бедному Салиму. - толстяк подкатил глаза и как бы невзначай протиснулся между ун-баши и его солдатами - Стоит только на мгновение расслабиться и вот,пожалуйста-убытки неисчислимы..Я почти разорен..Я немощный старик, помочь мне некому.. - Салим-аля обхватил руками голову,прикрыл глаза и запричитал тонким,бабьим голосом- Ах, я несчастный,обездоленный,что буду есть я,моя бедная жена, мои голодные дети…
- Брось жаловаться на жизнь, Салим-аля! - ун-баши раздраженно взмахнул рукой - У тебя нет жены, да и детей тоже нет..- ухмыльнувшись, десятник весело взглянул на дородного трактирщика - И смерть от голода тебе не грозит, во всяком случае в ближайшее время. Ишь, какую мамону отрастил. Притихшие было посетители трактира, робко заулыбались. Тишину заполнили смешки, шопот, шарканье ног. Жители трущобы слегка осмелели - стражники не обращали на оборванцев никакого внимания, а это значило,что пришли они исключительно к Салим-аля.
Десятник зорким взглядом окинул повеселевший трактир и уперся глазами в рослую фигуру северянина. Тот, спокойно выдержав пристальный взгляд,уселся на лавку и поставил перед собой недопитый кувшин с пуантенским вином.
- Личность темная, мутная,подозрительная!-угодливо зашептал трактирщик прямо в ухо стражнику-Появился невесть откуда,нрав имеет буйный..Сразу же затеял драку,покрушил мебель и не заплатил за ужин.
Десятник снова хмыкнул и еще внимательнее посмотрел на киммерийца-тот невозмутимо,с видом честного человека,продолжал потягивать вино из кувшина.
Повсюду валялись битые черепки и остатки столов и лавок.Конан и Абадал не заботились о имуществе трактирщика,танцуя смертельно опасный танец по всему помещению.
Салим любовно погладил языком золотую монету, зажатую между щекой и зубами и
щелчком пухлых пальцев подозвал Радху, сжавшуюся в темном углу.
