Издеваясь, ракшас даже не спрятал меч и кинжал пленника, положив оружие на видном месте, дабы оно своим видом раздражало и ранило его. Все равно киммериец не смог бы дотянуться до меча и применить холодную сталь против своего врага. Маленькая, слабая девочка не смогла бы даже сдвинуть с места кинжал, опасаясь прикасаться к опасному оружию
Ощутив на затылке недобрую тяжесть, северянин неповоротливо, мешали тяжеленные оковы, обернулся.
Неподалеку, во весь свой огромный рост, возвышался Раджан. Вождь демонов, поистине мог устрашить кого угодно, не только суеверных крестьян. Стоявший рядом с ним Выродок, Конан мгновенно узнал предателя и злобно оскалился, выглядел недоразвитым карликом.
Мощное тело ракшаса покрывала буро-зеленая чешуя, крепкая, точно панцирь и , как подозревал киммериец, ее нельзя было пробить ни мечом, ни секирой. Бугристые наросты на спине, длинные, кинжальные когти на уродливых, перепончатых лапах, кривые чешуйчатые ноги и мерзкая жаборотая харя внушали ужас и отвращения. Хотя достоинство, немалое, мотылявшееся между ног ракшаса, несомненно относило его к особям мужского пола, а, от того, что подобная тварь принуждала женщин к сожительству, киммериец возненавидел демона еще больше.
Вероятно ракшас, а вместе с ним и Выродок некоторое время наблюдали за тщетными усилиями северянина. Широкая пасть мерзкого создания распахнулась в жуткой улыбке, блеснув игольчатыми зубами. Демон собственными глазами убедился в том, что пленник останется на месте до утра.
Ракшас ушел, а вместе с ним убрался и предатель - вендиец.
Конан остался в полном унынии. Даже освободившись от цепей, он не смог бы убить подобную тварь. У ракшаса, по видимому не было уязвимых мест, хотя, по мнению Конана, лучше погибнуть в борьбе за свободу, чем жить на коленях, довольствуясь жалкой участью раба.
Мимо сновали люди – исхудавшие скелеты, с потухшим взглядом тоскливых, усталых глаз. Никто из них не остановился и не заговорил с ним.
Демоны больше не показывались. Их предводитель Раджан был уверен в своей волшебной силе и не счел нужным караулить ценного пленника, отложив расправу над убийцей детеныша до следущего дня.
Киммериец призадумался – тень отчаянья легла на его лицо. Помощи ждать было неоткуда.
Решив, что утро, быть может, подскажет ему, что делать, северянин попытался уснуть, периодически дергая цепи, раз за разом испытывая их на прочность.
Сон навалился внезапно, точно южная ночь, сковав разум избитого воина.
Пролетевший день не принес ему облегчения, равно, как и ночная мгла.
Странный поселок спал. Было тихо, точно на кладбище, ни единый звук не нарушал покоя ночи.
Мерзкое, демоническое хихиканье разбудило варвара, вырвав из объятий беспокойного сна. Он рванулся и прежде, чем осознал свое пробуждение, схватил руками нечто, тут же начавшее бешено отбиваться и шипеть.
От неожиданности Конан выпустил слишком оживленное тело, которое не преминуло разразиться ругательствами, голосом, подозрительно похожим на голос…
Синий глаз киммерийца, не отмеченный вниманием ублюдочного демона, вспыхнул, точно звезда.
- Тупоголовая деревенщина!- плевался Рахмат, ощупывая горло, еще мгновение назад сжатое безжалостными пальцами северянина.- Неблагодарная варварская свинья..Сын киммерийской ослицы..Так то ты приветствуешь своего избавителя?
- Рахмат, сукин сын!- завопил киммериец, радуясь, как никогда в жизни, но, тут же зажал рот ладонью. - Друг мой, какие боги надоумили тебя пойти следом за мной?
- Ненормальные..- бурчал туранец, похлопывая северянина по плечу. - Видать у меня помутился рассудок – Рахмат слегка подобрел при виде неподдельной радости на лице северянина – после той оплеухи, которой ты угостил меня. Гаси факел, Конан, а не то демоны проснутся.
- Прости, друг!- Конан развел руками, радуясь обретенной свободе.
- И всего-то? – хмыкнул туранец – Иду я, знаешь ли по джунглям прогулочным шагом и вдруг вижу, как некая здоровущая тварь, вонючая и противная, тащит моего любезного приятеля, слегка, кстати мне задолжавшего по пустякам, точно куль с мукой. Ну думаю, не бросать же друга в беде..- Рахмат шмыгнул носом и потрогал опухший нос - Хотя, может быть стоило и бросить. Опасно, знаешь ли для жизни, морить демона голодом. Он может обидеться и закусить мной, вместо тебя.
Конан энергично задвигал конечностями и повертел шеей – болело зверски, но терпеть можно.
Глаза северянина зажглись мстительным огнем.
- Мне необходимо кое-кого проведать в этом вшивом поселке – прошептал он, разминая ноги - Отблагодарить за гостеприимство, так сказать. С процентами. Кстати, - он обернулся к приятелю, чье лицо не выражало особого восторга. Оно вообще ничего не выражало, кроме паники – Как тебе удалось освободить меня? Девочка сказала, что замок зачарован..Я ей верю. Он не желал открываться, как я не пытался.
Рахмат самодовольно ухмыльнулся:
- Я лучший вор Аграпура, а значит и всего Турана, забыл? Такие замки, я, как семечки щелкаю.
