Но деспоты знали, что это не так. Они знали, что пока Кошут жив, ни один король в Европе не может спокойно сидеть на троне. Даже образцовая английская королева, вернее, немецкий принц, решавший судьбу английского народа (Речь идет об английской королеве Виктории и ее муже, немецком принце. – Прим. перев.), понимали, каким влиянием обладает имя Кошута; поэтому тайные агенты изо всех сил старались уничтожить его репутацию.
Враждебность королевского семейства Англии к экс-диктатору Венгрии легко понять. Она происходила из двух источников: из страха перед республиканской формой правления и из стремления поддержать родственников. Королевские династии Австрии и Англии имеют тесные кровные родственные связи. Успех Кошута был бы гибелен для немецких кузенов английской королевы.
Отсюда заинтересованность коронованных особ в уничтожении Кошута – если не физически, то его репутации. Его слава вместе с незапятнанным характером избавляли его от обычных опасностей, какие ожидают изгнанника. Мировое общественное мнение мешало отнять у него жизнь или даже просто заключить в тюрьму.
Но оставалась возможность обезвредить его – подорвать его репутацию и тем самым лишить симпатии тех, кто до сих пор его поддерживал.
Для этой цели была подкуплена пресса – прежде всего печально известный ведущий журнал. За хорошую цену этот журнал всегда готов превратиться инструмент угнетения.
Журнал нападал открыто и тайно, делал лживые утверждения и грязные намеки.
Но ему нанес поражение молодой писатель, который недавно появился в лондонском литературном кругу и стал известен блягодаря своему литературному триумфу; и так успешна была его защита, что клевета на Кошута, подобно проклятию, обратилась против тех, кто ее издавал.
За всю свою долгую карьеру ренегатства никогда это известное издание не попадало в такое позорное положение. Целый день над ним подшучивали на фондовой бирже и смеялись в лондонских клубах.
Журнал не забыл о своем унижении и часто напоминал о себе противнику. Он использовал всю свою огромную власть, чтобы уничтожить литературную карьеру писателя.
Писатель думал об этом, когда создавал свои письма в защиту свободы и справедливости. Но ему была безразлична его собственная судьба, если можно было достичь цель.
И она была достигнута. Великий венгр вышел из этой истории безупречным и торжествующим – к досаде подкупленных писак и деспотов, которые их подкупили.
Очищенный в глазах народов, Кошут оставался опасным для коронованных властителей Европы – опасней, чем всегда.
Пресса не сумела очернить его. Следовало привлечь другие способы его уничтожения.
И эти способы были применены. Был составлен заговор, чтобы избавиться от него – уничтожить не только его репутацию, но и жизнь. Подлость такая ужасная, что, описывая ее, я не надеюсь, что мне поверят.
Тем не менее это правда.
Снова встретились представители коронованных властителей – но не во дворце Тюильри, а в поместье английского вельможи.
На этот раз предметом их озабоченности стал экс-диктатор Венгрии.
– Пока он жив, – говорил полномочный представитель наиболее заинтересованной империи, – существует и опасность для нашей империи. Неделя, день, час могут стать свидетелями ее распада; вы знаете, джентльмены, что последует за этим.
Эти слова произнес австрийский маршал.
– Последует император без короны, а может, и без головы!
Ответ дал остроумный джентльмен, хозяин поместья, в которой собрались заговорщики.
– Но неужели это так серьезно? – спросил русский великий князь. – Разве вам не удалось преодолеть влияние этого человека?
– Вовсе нет, ваша светлость. Мы постарались это проверить. Наши люди со всей Венгрии доносят, что нет ни одного дома, где бы за него втайне не молились. В колыбели ребенка учат произносит имя Кошута раньше, чем имя господа нашего Христа; приучают смотреть на него как на будущего спасителя. Что может произойти из этого, кроме нового восстания – революции, которая сметет все королевства Европы?
– Вы включаете и империи? – спросил остроумный англичанин, значительно взглянув на великого князя.
– Да. А также острова, – ответил австрийский маршал.
Русский улыбнулся. Прусский дипломат выглядел недоверчивым. Но совсем другое дело представитель Франции. В короткой речи он признал существование опасности. Для его хозяина, как и для него самого новая революция в Европе смертельна.
И именно тот, чьей стране меньше всего грозила опасность, предложил подлый план для предотвращения новой революции. План предложил представитель Англии.
– Вы считает Кошута своей главной опасностью? – спросил он, обращаясь к австрийцу.
– Мы знаем это. Мадзини с его дикими планами в Италии нам не страшен. Его уже начинают считать безумным. Наша опасность в районе Дуная.
– Вашу безопасность можно обеспечить только южнее Альп.
– Как? Каким образом? Какими действиями? – одновременно спросили несколько заговорщиков.
– Объяснитесь, милорд, – умоляюще попросил австриец.
