— Это не забытая страна, все говорят, что с нами Бог! — возражает Марина. — И ракушки! В смысле, — спохватывается она, — ракушки-то продайте. Я покупатель. Клиент. Который прав! Люб, скажи, ну?
— Женщина, наверное, грозы боится, — предполагает Люба, — зайдём, когда погода прояснится, если хочешь.
Снова громыхает. Снова карлица вскрикивает:
— О нет! Что там происходит?!
— Видишь, — терпеливо улыбается Люба, — это фобия.
Маленькая женщина появляется рядом словно из воздуха и, хотя они и так собирались уходить, выталкивает девушек под проливной дождь.
— Ай, — ладонями прикрывает Маринка голову, — не толкайся! Люб, нет, ты виде… — она осекается, так как с той стороны дороги на неё смотрит всё та же компания тёмных и загорелых мужчин. — Ой…
Из лавчонки вперёд выбегает карлица и прикрывает несостоявшихся покупательниц собой. Не полностью. Частично.
— А ну, пошли вон! Ротозеи!
— Рото кто? — слышится отдалённо от одного из них. Но второй только отмахивается. И, гулко переговариваясь, бросая недовольные взгляды в сторону девушек, компания спешит ретироваться.
— Спасибо, — улыбается Марина. — Знакомые ваши?
— Вот ещё! Мужчин пугают сильные женщины! — прикрикивает карлица. — А теперь, выметайтесь! Вас здесь не было, меня тоже не было!
При очередной вспышке желтобокой молнии статуя русала раскалывается надвое.
— Ой… — охает торговка.
Маринка вцепляется в руку Любе и тянет её в сторону отеля.
— Всё и вся будто с ума сошли, идём…
Люба с трудом отводит взгляд от расколовшегося русала и поддаётся усилиям Маринки, сдвигаясь с места.
— Странно, — бросает она и тормозит снова, когда в поле зрения попадает…
Роман останавливает друга и кивком указывает ему на Любу с Мариной, тихо что-то говорит и оставляет его позади, собираясь подойти к девушкам.
— О нет, — вцепляется Люба в подругу, не сводя напряжённого взгляда с малознакомца-прилипалы.
— Что?
— Я книгу забыла в лавке.
Смешные и странноватые девушки под дождём.
По стёклышкам очков Любы бежит вода, так что она снимает их и теряет фокус.
Отлично, может, получится выйти из неловкой ситуации, если она не будет её видеть?
Его, точнее.
Романа.
Курортного.
Вернуться бы за книгой, но она слышала, как карлица с криками замыкала дверь.
А если принять во внимание дождь и рыскающих, словно волки, Маринкиных мужиков…
В общем, в лавку и вправду придётся возвращаться позже.
— А у нас всё отменилось из-за бури, — словно давним знакомым объявляет Роман, якобы вскользь окидывая Маринку взглядом. — Так что мы здесь. А ещё… Любовь, да? Может к нам? У нас шампанское есть и конфеты. Давайте быстрее, дождь усиливается! — собирается он взять её под руку, подступая ближе.
К себе зовёт! Выпить предлагает! Да за кого он их принимает вообще?
Люба не даёт до себя дотронуться и тащит Марину дальше.
— И для чего? — бросает Роману.
— Провести время.
— Кто такой? — спрашивает её Маринка, поминутно оглядываясь на Романа.
— Я не знаю, — шипит Люба, — но он думает, что мы доступные девушки!
— Нахал! — хмыкает она и ускоряет шаг. — Ещё один нахал. И вообще, мы тут единственные дамы, что ли? Или самые красивые? — улыбается и оборачивается снова.
— А чего ты глазеешь так?
Люба останавливается. Ещё не хватало убегать от двух увальней. Чтобы они с усмешками своими сальными, полными превосходства, смотрели вслед.
Ещё чего!
Она оглядывается и понимает, пусть дождь и плохое зрение размывают картинку, что две фигуры медленно надвигаются на них.
— Чёрт, Маринка, они идут за нами, пошли быстрее. Сумасшедшие!
— Да-да, — кивает она и снова ускоряет шаг. — А он будто к тебе шёл, пусть и на меня, — в голосе плохо скрываемое довольство, — смотрел. Знакомы? А тот, другой, друг его?
— Смотрел… Да, ему видимо всё равно, на кого смотреть! В смысле, неважно, ты поняла. Жуть какая, ещё вокруг никого, надо скорее добраться до отеля. А я ещё хотела на рынок сходить…
— Вместе сходим попозже, ничего! Жуть, ветер какой, — спотыкается она обо что-то и наступает в лужу. — У меня туш потекла? Посмотри, — по лицу её ручьями стекает вода.
— Я вижу какое-то размазанное пятно, Маринка, блин! — Люба щурится. — Нашла время.
Над ними снова громыхает.
Марина вскрикивает и прикрывает руками голову.
— Бежим! Что мы идём, как дуры? — бросается она вперёд.
Любе кажется, что мужчины их догоняют, а со стороны моря надвигаются какие-то тени.
Она спешит за подругой. Дождь как из ведра, ничего не видно, и вскоре Любовь теряется в сером мареве и не может найти Маринку.
Потерялась. Словно в трёх соснах. Но здесь даже деревьев нет! Ни одного.
Зато её находит Роман…
Он врезается в неё, едва не сбивая с ног, но затем его крепкие руки смыкаются у Любы на талии, не позволяя ей упасть. Ладони будто непроизвольно ползут ниже, опаляя её кожу жаром сквозь промокшую холодную ткань.
Люба вскрикивает, больше от неожиданности и испуга:
— Ах ты чёрт! А ну иди сюда!
Но верная подруга хватает её за руку и буквально уводит в сторону от мужчины.
— Ты чего, идём! — ведёт её к ступеням отеля. — Быстрее, Люб!
— Д-да… Мерзость! Меня кто-то облапал! Ты не видела, кто это был?