- За свои ошибки нужно платить, - небрежно обронил Кроуб. - И император заплатил. Он бросил мою мать, когда та носила меня под сердцем, и больше никак о нас не заботился. Он не хотел знать, что у него есть сын. Что ж, я тоже забыл о том, что он мой отец. Заклинание «Аэртонум» - самое лучшее средство для того, чтобы умертвить кого-либо быстро и безболезненно. О, оно меня никогда не подводило! Одно слово - и через пару секунд сердце твоего врага останавливается.
Джул почувствовала, как по спине пробежал холодок. Глаза Александра были абсолютно равнодушны, в них не было ни ненависти, ни злобы. Он говорил так, словно ничего особенного в том, чтобы убить собственного отца, вовсе нет. И это пугало. Очень пугало. А еще, вспомнилась неожиданная смерть мужа, и Джул спросила.
- А граф? Он тоже… - она не смогла озвучить свою догадку. Голос прервался, дыхание сбилось. Ей показалось, что кто-то ледяной рукой сжал ее сердце.
- Старик слишком зажился на этом свете, - пожал плечами Кроуб.
- Вы - чудовище, - с гневом глядя на похитителя, сказала Джулия.
- Ах, да, я и забыл, какая вы страстная женщина, миледи, - иронично усмехнулся Александр.
- Это вы! - возмущенно уставилась на него Джулия. - Вы тогда подглядывали за мной!
- И не один раз, - охотно признался Кроуб. - После той жаркой сцены я пообщался с Уэнсфилдом, и мы пришли к соглашению. Я пообещал старику, что эверейцы примут замену, а он, на радостях, дал мне разрешение на беспрепятственное посещение Вуллсхеда.
- Неужели, вам было нужно это разрешение? - презрительно хмыкнула Джул.
- Не поверите, но - да. Согласно договору, связь с Вуллсхедом вправе поддерживать только смотритель. А остальным, для того, чтобы пересечь портал, необходимо личное разрешение хозяина замка. И одобрение контролирующей происходящее магии.
- Выходит, Уильям все знал, - тихо сказала Джул.
Она вспомнила подслушанный разговор, между мужем и Конли, радость графа, его слова о том, что он сумел договориться, и беззвучно выругалась. Старый интриган! Он специально разыграл тогда ту мерзкую сцену! Собирался «поймать на живца» одного из наблюдателей, и сделал это!
- Получается, вы показались графу, и он заключил с вами сделку, - задумчиво заметила она. - А когда Уильям выполнил, свою роль, вы его убрали, - задумчиво заметила она.
- Не забивайте голову всеми этими мелочами, - спокойно сказал Кроуб. - Старику все равно оставалось жить не больше года. Вы не знали? Ваш муж был болен. Он потому и женился, что понимал, что скоро умрет. Я всего лишь ускорил его кончину.
- Но граф умер в Лондоне, вы что, смогли выйти за пределы Вуллсхеда?
- Мне льстит ваша вера в мое всемогущество, - хмыкнул Кроуб. - Нет, все гораздо проще. Я всего лишь пообщался с Уэнсфилдом и применил «Аэртонум» с отсроченным проклятием. Оно-то и настигло графа в столице. Впрочем, все это прошлое. А для нас с вами главное - настоящее и будущее. Наше совместное будущее, - подчеркнул он.
- И каким вы его видите? - спросила Джул. Она тянула время, хотя понимала, что это ничего не изменит. Если бы Эдриан смог ее найти! Если бы она могла до него докричаться!
- Думаю, мы с вами поладим. Вы умная женщина, Джулия, и должны понимать, что жизнь Эррола и его приемышей зависит теперь только от вас.
- Что я должна делать?
Она не обольщалась благими намерениями Кроуба, но, ради того, чтобы выиграть время, готова была на все. В Эшене ее уже хватились, возможно, лорду Эдисону удастся как-то сообщить о ее исчезновении Риану, и тот сможет добраться до Араэтерны.
- Сегодня, ровно в полночь, вы скажете мне да, - усмехнулся Александр, поднялся со стула и повесил на его спинку веревку. - И не пытайтесь сбежать. Из этого замка выхода нет.
Он пошел к двери, но, немного не доходя, остановился и повернулся к ней.
- И еще, миледи. Не думайте, что кто-то сможет вам помочь. В Араэтерну никогда не войдет тот, кто не отмечен печатью смерти. Так что, ни один из ваших друзей не сумеет сюда попасть. Приятного дня, графиня.
ГЛАВА 40
Эдриан подбросил в костер пару поленьев и задумчиво уставился на огонь. Душу одолевала тоска. Он и сам не мог понять, откуда та взялась. Давило что-то за грудиной и мысли разные в голову лезли - нехорошие, тяжелые, - и он никак не мог избавиться от накатывающей тревоги. Проклятые правила! Взять бы сейчас и махнуть в Эшен. Убедиться, что с Джулией и детьми все в порядке, обнять их, успокоить. Ракх! Он покосился на тяжелые металлические ворота и недовольно нахмурился. Предки постарались на совесть, зачаровывая единственный выход из подземного храма. Не выбраться ему отсюда, нужно с этим смириться. Четверо суток из положенных семи уже прошли. Осталось три. Три ракховых дня... Невыносимо долго.
Эррол отвернулся от костра и обвел глазами огромную пещеру. Древнее святилище драконов выглядело мрачным и запущенным. Стены покрывал толстый слой копоти, мраморный пол пересекали глубокие трещины, напоминающие морщины на дряхлом старческом лице, глубокая ниша, в которой стоял жертвенник, заросла паутиной, а каменные колонны утратили свою яркую роспись и позолоту.
