- Да не обо мне речь! Я просто делаю свою работу. Хотя, признаться, Скайден, когда меня вызвал лорд Ремерди, мы с женой грели бока на Кенских островах. И ещё неделю не собирались возвращаться в этот холодный город. Но пришлось. Таким, как премьер-министр, не отказывают. - Он иронично хмыкнул:
- Я уже как-то подобную глупость сделал, больше не хочу.
Голова работала с трудом, мысли путались. И всё же какую-то логическую связь я нашёл:
- Беатрис так сильно пострадала?
- Жена твоя? Нет. Два ранения, а одна из пуль и вовсе прошла по касательной. Ничего особо серьёзного нет. Её бы и в простом госпитале не хуже подлатали.
Он говорил обо всём этом так спокойно, будто для него подобное являлось обычным делом. Хотя, о чём я, он же целитель. Небось, часто с пострадавшими в перестрелках сталкивается.
- Тогда зачем? - спросил я, глядя ему в глаза.
- Да потому что тебя ни в одной больнице оперировать не брались, - заявил он с сочувствием. - Девять пулевых! Три из них в области сердца. Раздроблена кость на ноге, шею основательно задело. Я сам сомневался, что получится хоть что -то. Знаешь, парень, было дико страшно снимать с тебя стазис, чтобы начать лечение. А присутствие министра в коридоре смелости не добавляло. Я же понимал, что, если ничего не выйдет, меня могут ждать капитальные такие неприятности.
Это просто не укладывалось в голове! Нет, о том, что меня буквально изрешетили из огнестрелов, я помнил и так. Если честно, не думал, что выживу. В тот момент куда важнее для меня было, чтобы выжила Карамелька.
Очнувшись в больнице и увидев рядом плачущую маму, не сразу поверил, что жив. Не удивительно, что лишь сегодня, то есть спустя почти три дня, у меня стали появляться вопросы, как я вообще оказался здесь, а не на рандеву со Всевидящим?
- Вот если бы я попал в такую ситуацию, то отец моей Магды скорее бы приплатил кому из медперсонала, чтоб меня добили, - со смешком выдал целитель. - Суровый был мужик. Терпеть меня не мог. А тебе вон как повезло. Мало того, что целый министр, так ещё заботится о тебе, как о сыне родном.
Он нажал несколько кнопок на одном из приборов и снова повернулся ко мне.
- Ладно, отдыхай, Скайден. Вечером, так уж и быть, разрешу твоей Беатрис приехать к тебе в кресле. А пока набирайся сил.
Он развернулся и почти вышел за дверь, когда мне всё-таки удалось уложить в голове часть выданной им информации, которая, несмотря ни на что, реальной не казалась:
- Стойте! - позвал я. Он обернулся. - Хотите сказать, что Леонард Ремерди вызвал вас из отпуска из-за меня, оплатил моё здесь пребывание, и во время операции...
- Да, да, сидел в коридоре, - спокойно подтвердил целитель. - Девочки ему дважды настои успокоительные носили. Так что ты перед тем, как гордо отталкивать человека, фактически спасшего тебе жизнь, подумай, стоит ли это делать.
- Меня спасли вы, - буркнул я.
- Если бы не он, ты бы в мои руки даже не попал.
После ухода целителя явилась медсестра и вколола мне очередную дозу лекарства. Я уснул почти на четыре часа. Зато, когда проснулся, в голове прояснилось, а сознание снова заработало нормально. Вот только даже теперь я не мог понять, зачем Ремерди приспичило мне помогать? Возможно, из-за того, что я закрыл собой его дочь?
Похоже на правду. Но в таком случае он бы точно не ждал окончания операции в коридоре. Тогда почему? Что им двигало? Я бы ещё понял, если бы всё это сделал Эрик, но точно не его отец.
Когда после обеда пришла мама, я встретил её задумчивым видом. Сестру она с собой не приводила по моей просьбе. Мне не хотелось, чтобы Дайриса видела меня таким.
Мелкая обижалась, но пока воспринимала это спокойно. Увы, только до сегодняшнего дня.
- Милый, Дайри очень переживает, - начала мама, уже привычно разместившись в кресле у моей кровати. - Я пообещала ей, что вечером возьму её с собой.
Сразу после того, как я пришёл в себя, мама решительно собралась сама за мной ухаживать. Но доктор Эдиген запретил ей такую самодеятельность и попросил не отбирать работу у опытных и квалифицированных медсестёр и сиделок.
Он неоднократно пытался отправить маму отдохнуть, но она каждый раз отказывалась. Утверждала, что должна быть со мной. Уходила лишь на пару часов, да и то лишь для того, чтобы принять душ и проверить, как там без неё Дайри.
К счастью, моя мелкая вообще не особо любила компании, и главными её развлечениями являлись чтение и рисование. Картины у Дайрисы получались настолько живыми, что смотреть на них можно было часами. А иногда она вкладывала в свои работы лёгкие подвижные иллюзии, и это давно стало её изюминкой.
Дома в гостиной висел пейзаж, который Дайри написала пару лет назад. Там был изображён красивый летний сад. И всё казалось вполне обычным, вот только листики на деревьях чуть колыхались, будто бы их шевелил лёгкий ветерок; птички могли неожиданно перескочить с ветки на ветку, а по небу медленно-медленно, но всё же плыли белые облака.
- Прости, но она имеет право тебя навестить, - чуть виновато произнесла мама. - Дайри хочет к тому времени закончить картину. Собирается подарить доктору, который тебя спас.
