Я не был против их романа, да и лорд Ремерди правильно сказал Трис о том, что принял её выбор, и рассчитывает, что она поступит так же. Он был прав, потому я даже не пытался лезть в их с мамой отношения. В конце концов, они столько лет провели порознь! А сам Леонард столь быстрым разводом с женой только подтвердил свои серьёзные намерения.
Хотя, думаю, он так поспешил ещё и потому, что опасался моей мести. Сегодня, уводя её в кабинет, бросил на меня полный опасения взгляд, но я был не в том состоянии, чтобы с ней говорить.
Наверное, так даже лучше. Да, она виновата во многом, но и его вина тоже есть. А ещё не стоит забывать о тех, кто пришёл в наш дом, и о «проводнике», который всё-таки попал в чужие руки. А Луиза Ремерди явно была лишь пешкой во всей той игре. Так путь живёт.
Только лучше бы ей никогда не попадаться мне на глаза.
Ужин получился приятным, правда, сил у меня почти не осталось. Но когда в столовую влетел незнакомый мне парень, все инстинкты завопили об опасности. Я не знал его и точно видел впервые, вот только где-то на подкорке будто сработал неведомый сигнал -«враг!».
Возможно, будь я полностью здоров, сразу бы попытался обезопасить всех, теперь уже свою семью. Но в нынешних обстоятельствах первым включился мозг, который быстро напомнил, что я всё-таки в чужом доме.
- Как ты посмел?! - выкрикнул паренёк, остановившись в нескольких шагах от распахнутой двери. - Ты же прожил с ней столько лет! И просто выгнал?!
- Лир, успокойся, - строгим тоном попытался осадить его хозяин дома.
- Успокоиться?! Ты вышвырнул из дома мою мать! Притащил сюда свою любовницу! И я ещё должен успокоиться?!
Значит, вот он какой - младший сын Леонарда Ремерди.
Теперь я смотрел на него более внимательно. Худой, но довольно высокий и с идеальной осанкой. Волосы тёмные, но не такие, как у его отца, Трис или Эрика, а намного темнее, почти угольно чёрные. Лицо резкое, скуластое, кожа смуглая, будто он только с курорта.
А глаза - изумрудно-зелёные, такого яркого насыщенного цвета, что на них нельзя не обратить внимание. Одет по последней моде, волосы острижены согласно нынешним молодёжным трендам, да и вообще перед нами был типичный щёголь, лет шестнадцати -семнадцати на вид.
- Эрик, почему ты молчишь?! - продолжал возмущаться парень. - Как ты вообще можешь сидеть за одним столом с этой женщиной и улыбаться, когда наша мама оказалась на улице без шейна в кармане? Как, скажи мне?!
Леонард поднялся из-за стола и решительно направился к отпрыску, но тот вдруг схватил с ближайшей к нему тумбы вазу и выкрикнул:
- Стой! Не подходи ко мне! Или меня тоже хочешь выгнать? Ну, конечно! - он зло рассмеялся. - Зачем я тебе теперь? Ведь больше нет смысла поддерживать вид приличной семьи. А значит, можно избавиться и от неугодного меня.
- Лир, - Ремерди выставил перед собой руки и теперь старался говорить спокойно. -Ничего не изменилось. Луизы и так дома не бывало. Поверь, всё теперь у нас всех будет хорошо. Идём со мной в кабинет, поговорим наедине. Я всё тебе объясню.
- Что ты мне объяснишь?! Попросишь по-тихому собрать вещи и умотать на все четыре стороны?! - шипел парень.
- Что ты несёшь? - поднялся из-за стола Эрикер. - Лирден, перестань истерить. У нас гости. Веди себя прилично! Не позорь семью!
- А разве они здесь ещё не хозяева? - Лир картинно удивился, бросил взгляд на мою маму, наблюдающую за ним с сочувствием, и снова обратился к своему отцу. - Подобрал на улице какую-то тётку, да ещё и с ребёнком! Притащил в наш дом! Может, и мамины драгоценности ей отдашь? И наряды? И...
Леонард сделал к нему ещё пару шагов, но тот вдруг резко развернулся и с размаха шибанул вазой об стену. Та разлетелась на мелкие осколки, но парню этого оказалось мало. Он схватил вторую и сразу бросил на пол.
- Лирден! - крикнула Беатрис, встав на ноги. - Немедленно прекрати! Маму никто не выгонял. Они с отцом развелись, и она уехала - так же, как уезжала всегда. Ничего не изменилось. Что за концерт ты устроил? Возьми себя в руки!
Тот замер, глядя на Трис, его напряжённые плечи дрогнули, будто от всхлипа, но лицо оставалось всё-таким же обозлённо-надменным. Как ни странно, но именно бледный вид возмущённой Беатрис умудрился его осадить. Лирден смотрел на сестру, и в его глазах отражалось сожаление пополам с виной.
- Прости, Беата, что не пришёл к тебе в больнице. Меня только сегодня из пансиона отпустили. И фонап вернули лишь перед выездом. Я даже связаться с тобой не мог... - он сглотнул и сжал дрожащие руки в кулаки. - И с мамой. не встретился. Не успел.
Он опустил голову, потом резко развернулся и быстрым шагом покинул столовую.
Глядя ему вслед, я не чувствовал ни неприязни, ни ненависти, ни обиды. Даже непонятное чувство опасности пропало. Теперь единственным, что я испытывал к этому парню, осталась жалость.
- Извините за Лира, - вздохнул Леонард, вернувшись на своё место во главе стола. - У него сложный возраст и вечные проблемы в пансионе, в которые я принципиально перестал вмешиваться.
