Оля уловила сбившееся дыхание няни за своей спиной, жестко она обходится с ней, да, она это прекрасно осознавала, когда говорила, но и по-другому она поступить не может. Женщине нужно дать понять, что они с ней не подружки и не близкие знакомые. Да и себя девушка заодно отгородит от излишней привязанности. Ведь рано или поздно Сережа все равно заберет их домой.
— Да, Ольга Валерьевна. Извините еще раз, — виновато, но при этом сдержанно, без лишних эмоций проговорила няня.
— Вот и славно. Надеюсь мы с вами поняли друг друга, — Оля резко остановилась, повернулась к женщине, — вы пока можете быть свободны. Я с Матюшей сама позанимаюсь. Как только ваша помощь понадобиться, я вас позову.
— Хорошо, — кивнула няня, задержав на Ольге чуть дольше положенного взгляд.
— Что-то еще? — выдержав пристальный взгляд, спросила Ольга.
— Нет-нет, — потупившись в пол, проговорила женщина и, развернувшись, направилась в обратном направлении по коридору.
Ольга проводила ее взглядом и, открыв дверь детской, переступила порог.
— Ну, Матюшка, давай поиграем? — склонившись, она поставила сына на пол и помогла дойти малышу до манежа с игрушками. — Жаль, что Сережа не успел посмотреть, каким ты стал "взрослым".
Грустная улыбка тронула губы девушки и она, усевшись рядом с сыном, начала тихонько напевать веселую детскую песенку. Но как только Оля не старалась выкинуть все мысли из головы, они будто противные тараканы, все настойчивее лезли обратно в ее голову, зарождая в ней дурацкие идеи.
И чем дольше Ольга наблюдала за сыном, за его детскими неуверенными шажками и действиями, тем больше убеждалась в том, что без ее помощи, Сергею точно не обойтись. Ведь сейчас он ведет себя сродни Матвею. В его действиях и решениях, так же нет уверенности. Ольга воспряла духом. Она просто обязана в ближайшее время найти повод для того, чтобы вернуться в Россию. И уж там то, девушка непременно сможет доказать мужу, что Маша Ланская жива. И что ее смерть была инсценирована специально. Вот только для чего и кому это нужно? Девушка пока не могла понять. Ведь подобраться к Сергею незаметно у Марии точно не получится. В одиночку она точно бессильна. Теперь у Сваровского куча охраны и вряд ли незваному гостю будет к нему легко подобраться…
Мозг Ольги активно работал, порождая в голове все новые и новые варианты развития всевозможных событий. Ольга прокручивала в голове каждую мелочь, каждую деталь, пытаясь туда хоть каким-то боком впихнуть ожившую Марию и чем старательнее Оля пыталась это сделать, тем явственнее становилось то, что тело Маши никуда не лепится и везде выглядит как пятая нога у собаки.
— Черт побери, — в сердцах стукнула Ольга по бортику манежа и резко встала, чем напугала ребенка.
Он тут же заплакал.
— Мой маленький, — склонилась она к сыну, подняла его на руки, прижала к себе, — прости мамочку. Я не со зла, — Ольга покачала малыша из стороны в сторону, — мамочка немного расстроена тем, что папе угрожает опасность, а она сидит здесь и ничем не может ему помочь.
Непрошенные слезы отчаяния навернулись на глаза девушки.
Оля негодующе смахнула липкую жидкость с уголков глаз.
— А что если нам немного погулять, сын? Как ты смотришь на это? — Ольга подошла к окну и, дернув в бок плотный тюль, подошла к стеклу ближе. — Ты посмотри, какое сегодня солнышко! Папочка, привез нам с собой отличную погоду. И нам непременно этим нужно воспользоваться. Как считаешь? — приложила подушечку пальца к маленькому носику.
Ольга намеренно не называла в обращении к сыну Сергея дедушкой, ведь по документам Сергей для Матвея отец, а не дед, а это значит, что вещи нужно называть своими именами.
Малыш перестал плакать и с интересом стал наблюдать за тем, что происходит на улице.
— Гав-гав? — тыча в стекло пальчиком показал на бегающего мопса по соседскому газону.
— Да, собачка, — кивнула Оля, — и вон дядя, который выгуливает ее.
Увидев, что сосед поднял взгляд на их окно, Оля, немного смутившись, что ее заметили, отошла в сторону и поправив тюль, бросила быстрый смущенный взгляд на улицу, сосед все также продолжал стоять и смотреть в сторону их дома, чем немного обеспокоил Ольгу. Она абсолютно ни с кем тут не общалась и уж тем более с мужчинами, проживающими по соседству.
Стук в дверь заставил девушку вздрогнуть и она, отведя взгляд от окна, посмотрела на дверь в смятении осознавая то, что непозволительно долго пялилась на незнакомца.
— Войдите, — сорвавшимся голосом проговорила девушка, делая в этот момент несколько широких шагов от окна в середину комнаты.
Дверь открылась и в нее заглянул Леонид.
— Ольга. Валерьевна, — запнувшись, проговорил дворецкий, до этого называющий Олю по отчеству только в присутствии Сваровского и чужих людей.
— Леонид Левонович, обижаете меня. Оля, можно Ольга. Вас наш разговор с Ириной Львовной никак не касается.
— Что за разговор? — настороженно переспросил дворецкий, а Ольга поняла, что поспешила с выводами.
