Диана шла к выходу ничего не видя перед собой, отстраненно услышала, как водитель спросил, куда ее отвезти, она лишь отрицательно покачала головой. В груди болело настолько сильно, что не могла дышать. Проще умереть, чем вынести такое, за что он с ней так? Что она сделала? Стала не нужна, и муж решил, таким образом, от нее избавится? Он же обещал ей, что скажет, если захочет, чтоб она ушла. Обещал! Но стоило ей признаться, что любит его, он устраивает скандал, выгоняет из дома. Как можно быть таким жестоким, с тем, кто тебя любит? Диана не понимала, каждое слово кололо, словно острый нож. Девушка знала, что этот мужчина ее погубит, и все равно отдала ему сердце, она думала ее чувства передадутся и ему. Но ошиблась, жестоко ошиблась. Делала маленькие вдохи, чтобы хоть как-то наполнить легкие воздухом, но все равно задыхалась. Казалось, что ее топят на дне моря, и давление воды сдавливает все органы, отчего девушку корежит жуткая боль. Диана не осознавала куда идёт, просто шла, вперед подставляя лицо холодному ветру, который сдувал ее слезы прочь.
Каждый шаг давался с трудом, тело дрожало то ли от отчаяния, то ли от вечернего мороза, но ей было все равно, в ушах стоял злобный крик мужа, от чего все внутри сворачивается в узел. Стас опустил девушку ниже плинтуса, выгнал ночью на улицу, но и это все ничто, он сделал самое страшное для нее, разбил сердце. Она чувствовала, как рана в груди истекает горячей кровавой лавой, заполняя все в ней бордовым потоком агонии. Диана шла, дальше и дальше зная, что там где-то в темноте есть остановка, она дождется автобус и уедет от него навсегда, потому что простить такое не сможет. Плакала не в силах остановить поток слез, губы потрескались в кровь на ветру и саднили, мороз щипал кожу рук и лица, а девушке хотелось крикнуть ему " Прошу лучше заморозь моё сердце и душу, иначе я не смогу этого пережить".
Хотелось выпустить свое отчаяние на свободу, кричать, раздирая горло до хрипоты, но все что могла это топить всю горечь в себе. Как же больно когда разбивается любящее сердце, так больно, что звенит в ушах и мозг не выдерживает муку. Втянула холодный воздух со всхлипом, и согнулась, пополам содрогаясь от рыданий, нет, она не может терпеть, это убивает все живое в ней. Выпрямилась, разглядев сквозь пелену свет фонаря, освещающий остановку, уже близко, а она все дальше от него.
35 ГЛАВА
Поверив в счастье как же горько разбиться о скалы этой веры. Она знала, что семя ее любви взошло там, где нет ничего живого, там, где прости не могло прорасти. Диана с самого начала понимала, что их связь с мужем не продлится слишком долго. Стас и сам говорил ей об этом, но все, же девушка позволила себе утонуть в этом омуте безумия. Она не знала, от какого расставания было бы больнее, прогони он ее как вчера, или же если просто сказал, что между ними все кончено. От последнего Диана не чувствовала бы себя такой униженной словно ей в лицо вылили ведро помоев.
Хотела разозлиться на него, возненавидеть, но не могла, просто не было сил. Она свернулась комком в кресле, прижав к себе колени, и смотрела на обшарпанную стену квартиры, из которой когда-то ее забрал муж. Да жизнь тогда была не легкой, но зато понятной, девушка знала, что нужно много работать, чтобы выжить, Ди не зависела ни от кого, наоборот семья зависела от нее. Никаких чувств, никакой боли на сердце, от которой не хочется дышать.
У Дианы уже не было сил плакать и страдать, она чувствовала полное опустошение. Будто ее вывернули наизнанку и выдрали душу. Все вокруг казалось серым, хотя, наверное, так и было, здесь действительно все бесцветное и блеклое. Ей не хотелось ничего, ни пить, ни есть, ни двигаться, словно все потеряло смысл. Диане нужно время, очень много времени, чтобы смириться с тем, что ее первая любовь слишком быстро изжила себя. Нет в ее сердце это чувство будет еще долго, возможно всегда, а мужчина… Стоило подумать о Стасе и снова слезы обожгли щеки, казалось что их запас нескончаемый, а глаза уже болят от рыданий. Конечно, будет жить дальше, будет делать вид, что все хорошо ради мамы и сестры, но Диана уже никогда не будет прежней. Она уже никому не доверит свое сердце, да и вряд ли можно собрать осколки разбитые мужем.
Веки опухли, губы полопались и кровоточили, а следы от ногтей остались на ладонях. Девушка терпела изо всех сил накатывающее отчаяние, порой ощущая себя безумной.
Душа растерзанная на лохмотья металась не находя места. Диана замерзла, но и брать плед не хотела, так она хотя бы ощущала себя живой. Она не представляла, как жить без его объятий, поцелуев, нежности. Ее тянуло к мужу непреодолимо, так что казалось, сходит с ума. Хотелось забыть все, и броситься к нему умоляя о любви, конечно, она бы ни за что этого не сделала, просто желание в момент горечи.
