Опустив взгляд, я тереблю обертку от мороженого и жду, пока детектив что-нибудь скажет.
– Как самочувствие? – спрашивает она, и я пожимаю плечами, заправляя волосы за уши.
– Уже лучше. Все еще хриплю, – поясняю я, указывая на горло. – До сих пор в голове не укладывается.
Детектив Лоран кивает, в уголках ее глаз появляются морщинки, когда она сочувственно смотрит на меня, но что-то в ее взгляде мне не нравится. Она словно видит меня насквозь.
– Полагаю, вы уже знаете, что ваш жених не выжил при пожаре.
Я сжимаю губы, на мгновение закрываю глаза, но внутри себя лихорадочно соображаю. Она собирается сообщить мне, что на пепелище найдены два тела? Что на это ответить? Стоит ли рассказывать правду о Беа и Эдди, обо всем случившемся?
– Да, – удается прохрипеть мне. От страха голос звучит печально, и это играет мне на руку.
– И я полагаю, вы также знаете, что наша рабочая теория заключается в том, что он специально совершил поджог дома. Что он хотел убить себя и вас заодно.
Нет. Нет, я этого не знала и поэтому смотрю на детектива в непритворном шоке и замешательстве.
– Специально? – переспрашиваю я, и детектив кивает, со вздохом откинувшись на спинку стула.
– Джейн, существует очень большая вероятность, что Эдвард Рочестер был замешан в убийстве Бланш Ингрэм и исчезновении его жены.
– О боже, – тихо ахаю я, прижимая руку ко рту.
Детектив Лоран ерзает на стуле. За пределами палаты раздается скрип инвалидной коляски, автомобильные гудки.
– Изучая причастность Триппа Ингрэма, мы обнаружили признаки того, что Эдди тоже был в доме у озера в ту ночь. Его машина заснята камерой видеонаблюдения на въезде в Торнфилд-Эстейтс, один из ваших соседей вспомнил, что Эдди тоже уезжал из дома поздно вечером, когда его жена и Бланш отправились на озеро. Мы не обнаружили ничего конкретного и продолжали собирать доказательства, но теперь…
Умолкнув, она невольным жестом тянется к жетону на поясе.
– А что насчет Триппа? – спрашиваю я. – Что теперь с ним будет?
Это странно и довольно нелегко – испытывать даже незначительное сочувствие к Триппу Ингрэму, и рано или поздно у меня это пройдет, но теперь, когда я знаю всю историю, трудно не видеть в нем жертву. Еще одного человека, попавшего в эту чертову бурю, устроенную Эдди и Беа.
– С него сняли все подозрения, – отвечает детектив Лоран. – По правде говоря, мы просто делали вид, что у нас есть против него веские доказательства. Мы надеялись, что он расколется или в процессе допроса выдаст Эдди. – Она вздыхает. – В любом случае, пожар был явно устроен специально, и это наводит на мысль, что Эдди понимал, как близко мы к нему подбираемся.
Подавшись вперед, она берет меня за руку.
– Мне очень жаль. Я знаю, все это стало для вас шоком.
Это так, но не в том смысле, как она думает. В полиции решили, что Эдди покончил с собой, потому что убил Бланш и Беа. А это значит, что тело Беа так и не нашли. А это значит, что она еще жива.
– Возможно, позже у нас возникнут еще вопросы, – добавляет детектив, похлопывает меня по руке и встает, – но я просто хотела, чтобы вы знали, как обстоят дела на данный момент.
– Спасибо, – благодарю я, и она снова улыбается.
– Берегите себя, Джейн.
Когда она направляется к двери, я не могу не задать еще один вопрос.
– Вы… тело Эдди…
Я произношу слова неуверенно, как будто меня приводит в ужас даже мысль об этом, и на лице детектива появляется сочувственная гримаса.
– На тело воздействовали очень высокие температуры, – мягко говорит она. – От него ничего не осталось. Полагаю, нашли только… – Умолкнув, она откашливается. – Кажется, нашли лишь несколько зубов.
Я снова как наяву вижу тот дурацкий гребаный ананас в своей руке и то, как он с хрустом врезался в челюсть Эдди. Белые осколки на ковре.
– Спасибо. – Я отвожу взгляд, притворяясь перед детективом ошеломленной ужасной картиной.
Дождавшись, пока она уйдет, я возвращаюсь к мороженому; эскимо частично растаяло, липкая желтая лужица растеклась на подносе, и я провожу по ней пальцем. На моей левой руке по-прежнему сверкает кольцо – по крайней мере, у меня осталось хотя бы это, и сумма, вырученная от продажи, поможет мне начать новую жизнь. Более скромную, чем я планировала, но хотя бы такую.
При условии, что Беа позволит мне. Она осталась жива и знает, что я знаю правду. Итак, каков ее следующий шаг?
– Милая?
Я поднимаю взгляд. Эмили стоит в дверях и хмуро смотрит на меня. Быстро оглянувшись через плечо, она тихо говорит:
– Я просто зашла проведать тебя, но тут какой-то парень утверждает, что он твой брат и завтра он отвезет тебя домой… Я не знала, что у тебя есть брат.
Джон, чтоб его.
– У меня нет брата, – отвечаю я. Эмили мрачнеет еще сильнее и входит в палату, но затем улыбается:
– Адель уже переехала ко мне, и тебе я тоже буду рада.
Адель. Я забыла о собаке среди всего происходящего, и по какой-то причине именно эта мысль в итоге вызвала у меня слезы.
– С ней все в порядке? – спрашиваю я, и Эмили кивает.
– Она в полном порядке. Терроризирует Майора и Полковника. – Подойдя к кровати, Эмили берет меня за руку. – Ну что, девчуля. Поехали со мной домой.
