— Моему сыну месяц, — улыбнулась она, заметив, как я принюхиваюсь. — Дима не спускает его с рук, когда находится дома, — поделилась девушка, чуть нахмурившись. — Но на самом деле, я только рада. Когда ходила беременной, не знала, чего можно ожидать. Боялась, что он будет сторониться и меня, и ребенка. Глупо, понимаю, оборотни так себя не ведут. Но я — человек, и мои страхи порой оказываются сильнее меня. У вас также, — заметила она, прищурившись, — конечно, волкам проще бороться с ними, но частенько бывает, когда даже самые сильные из вас не могут ничего с ними поделать. Дима, например, целый год меня сторонился из-за детской травмы, прежде, чем признал, что не может без меня жить.
Болтовня Алисы одновременно и успокаивала, и тревожила. Не хотелось бы, чтобы Саша бегал от меня на протяжении года. Это было бы слишком тяжело.
— И какая же травма у Александра? — попыталась вычленить главное в потоке информации.
Девушка сразу замолчала. Сдвинув брови, отвела взгляд. Смотря в одну точку, закусила губу, видимо, размышляя, что именно мне можно рассказать. Хотелось схватить ее за плечи и вытрясти всю нужную мне информацию, но, во-первых, я бы никогда так не сделала по отношению к кормящей матери, а, во-вторых, она начинала мне нравится. И поскольку Дмитрий являлся бетой стаи, ее поддержка мне могла пригодиться — и со стаей, и с Александром.
Не дала ей ответить открывшаяся дверь. В комнату зашел Доктор, посмотрев на нас, покачал головой.
— Алиса, родная, твоей гостье надо поспать, так она быстрее вылечится. Поговорите потом.
Девушка кивнула и встала, пропуская ко мне Айболита.
— Зайду позже, — улыбнулась мне и ушла.
Доктор же налил мне какую-то дурно пахнущую настойку, заставив выпить ее залпом. Веки начали слипаться мгновенно. Да, сон мне сейчас не помешает.
Вылетев из комнаты, в которой расположили Юлю, тут же напоролся на недовольную Алису. Та стояла напротив двери, уперев руки в боки, и буквально испепеляла меня гневным взглядом.
— Упрямый баран, — бросила жена моего беты, — очень надеюсь, что когда она придет в себя, то заставит пожалеть о каждом сказанном тобой слове.
Ничего не ответив на этот выпад, сбежал по лестнице в гостиную. Там уже сидели Софья Алексеевна и Дима. Оба смотрели на меня практически также, как и Алиса.
— Ну, что? — рыкнул, мгновенно взбесившись.
Какое право они имеют меня осуждать? Они прекрасно знают, чем может закончиться неудачная привязка. И что такого ужасного в том, что я пытаюсь быть осторожным?
— Ты не осторожничаешь, ты разрушаешь возможное счастье своими же руками, — покачала головой Софья Алексеевна, недовольно поджав губы.
— Ваш сын год ходил вокруг своей пары, не решаясь признаться ей в чувствах, — парировал, направляясь к выходу из дома, мне срочно нужен был свежий воздух. — А когда, наконец, решился, то не дал ей толком времени подумать — сразу потащил под венец.
— Если женщине дать через чур много времени, она может додуматься до исхода, который тебя может не устроить, — философски заметил мой бета, покачивая на руках сына.
Засмотревшись на ребенка, пропустил тот момент, когда ко мне подошла Софья Алексеевна.
— Саш, хоть мой сын и сказал совершеннейшую глупость, — мягко улыбнулась она, — но и в его словах есть доля правды. Ваши чувства только начинают зарождаться, и именно сейчас ты либо можешь сделать из них что-то хорошее, либо разрушить все на корню. И если ты будешь долго тянуть, может оказаться слишком поздно.
Слушать очередные нравоучения я был не готов. Поэтому, сняв руку женщины с предплечья, покинул дом. Надо пробежаться, проветрить голову. Может, время наедине с волком поможет мне примириться со сложившейся ситуацией, а также принять верное решение.
Проснулась я со свежей головой глубоко ночью, полная сил, хоть бок еще болел, а также решимости выйти, наконец, из комнаты. Я никогда так долго не находилась в неподвижности. Надо было размять ноги. И лапы, подсказала мне волчица. Да, и лапы.
Как можно тише постаралась спуститься на первый этаж, помня, что в доме спит оборотень, способный проснуться от малейшего шума. Проблема была в том, что я не имела ни малейшего понятия, куда мне идти, чтобы пробраться на кухню. Открыв пару дверей, ведущих то в гостиную, то в кладовку, то в туалет, уже почти отчаялась, когда на четвертый раз мне улыбнулась удача.
Кухня в доме беты была достаточно просторная, чтобы вместить целую стаю волков — огромный кухонный стол, большое пространство для готовки и холодильник, в котором, я уверена, можно было заморозить целого кабана.
Его я там не нашла, но зато обнаружила полную кастрюлю солянки. От божественного запаха у меня тут же потекли слюнки. До этого момента я даже не осознавала, насколько была голодной. Разогрела, стараясь сильно не греметь посудой.
— Ты, конечно, пытаешься вести себя бесшумно, но получается это у тебя очень плохо.
Когда в тишине кухни раздался голос Дмитрия, я подпрыгнула, чуть не расплескав половину тарелки. Круто развернувшись, недовольно на него посмотрела. Мужчина ухмыльнулся и поднял руки, извиняясь.
