Мне нравилось видеть его таким. Повернутым на мне, на сексе со мной. Желающим меня одну и никого больше. И пусть брал он меня вот такими извращёнными способами, но отказаться от секса с ним я уже не могла. Я тоже повёрнутая. Подсевшая на него, как на наркотик. На его руки, жёстко сжимающие мои волосы у корней, на пальцы, которыми он, оторвав меня от своего члена, растирал влагу на губах. На взгляд этот одержимый и голодный.
– На лицо хочу тебе спустить, – сообщает мне уверенно и снова склоняет к паху.
Судорожно хватаю воздух широко раскрытым ртом, когда Илья, после очереди толчков, вытаскивает член и на губы и щеки брызгают горячие, густые капли.
– Охуенно, маленькая. Просто жесть как, – закрывает глаза, какое-то время сидит без движения, слышно лишь его частое дыхание, постепенно приходящее в норму.
Я же, воспользовавшись тем, что он не видит, быстро вытираю лицо и волосы влажными салфетками. Да уж, мне теперь только в ресторан в таком виде.
– Не мучайся. Домой заедем, приведёшь себя в порядок, – обращаю внимание на Филатова, смущаюсь от пристального взгляда его прищуренных глаз. – Красавица моя. Тебе идёт быть оттраханной.
– Илюш, – выдыхаю, отворачиваясь. Внизу живота всё ещё ноет от слишком острого оргазма. А ведь он даже пальцем меня не коснулся. По крайней мере там. И это не помешало мне кончить себе в трусы, ощутив на лице пряную сперму. Сумасшедшие… – На, вытрись, – швыряю ему пачку салфеток, и муж, нахально ухмыляясь, ловит её в воздухе.
– А что ты сказал Яблонской? – спросила, как бы между делом, устремляя взгляд в окно. Не то чтобы я была слишком стеснительной, но Филатов своими выходками и проститутку может в краску вогнать.
– Сказал, чтобы вела себя хорошо. И показал, где каморка уборщиц. Раз она не знала, – ответил, застёгивая брюки и совсем уж по-хамски выкинул использованную салфетку в окно.
– Ну ты что? – возмутилась я. – Нельзя же так.
– Можно, малыш. Мне всё можно.
Я так и не поняла о чём он. О салфетке или об Ирине.
У дома нас ждал его отец. От неожиданности я даже рот открыла. Вылез из машины с букетом цветов и протянул его мне. Подмигнул.
– Держи, дочка. Это тебе.
Я ошеломлённо взглянула на Илью, осторожно взяла цветы.
– Отец, что-то случилось? – тот, похоже, тоже не ожидал такого жеста от родителя. Помнится, ещё совсем недавно Филатов-старший называл меня нищенкой и всячески отказывался признавать невесткой.
– Да ничего, в общем-то, такого. Просто заехал к вам в гости. Угостите старика выпивкой? Или вы куда-то собирались?
– Нет! – выпалила я, пока Илья не ответил ему сам и всё не испортил. – Мы никуда не собирались. Как раз хотели выпить вина. У меня сегодня первый рабочий день в вашей компании. А, ну вы же, наверное, в курсе… – Илья было выразительно посмотрел на меня, но я упрямо продолжила. – Проходите, конечно! Я сейчас пасту приготовлю, поужинаем.
– А я уже всё заказал, – развёл руками подвыпивший Александр. – Привык я ресторанную еду жрать. А ты, как погляжу, сынок, получше устроился, да? – хохотнул, хлопнув Илью по плечу. Тот усмехнулся.
– Уж точно лучше, чем ты, пап. Ладно, пошли домой. Прохладно уже.
Я с улыбкой зашагала за мужчинами, пока те о чём-то переговаривались, приближаясь к лифту. Не то чтобы я понимала Филатова-старшего и его поступки. Нет, этот человек по-прежнему пугал меня. Но мне было радостно видеть счастливым Илью. Наверное, в том и была моя ошибка. Поначалу я часто ставила его потребности выше своих, тем самым подкармливая его эгоизм.
После ужина мужчины вышли на балкон, Александр закурил. А я, убирая со стола грязную посуду, невольно уловила суть их разговора.
– А теперь серьёзно, пап. Нет, я рад, что ты зашёл и всё такое, но это ведь неспроста. И завещание это. К чему всё?
Чувствуя себя неловко от того, что подслушиваю, становлюсь под стеной, где меня не видно. Вижу лишь руку Александра с сигаретой и спину Ильи.
– Да увидеть я тебя хотел. Вот и всё. Я, сынок, только сейчас осознал, как много на самом деле потерял. Я едва тебя не потерял. И если ты меня презираешь, то за дело. Ты прости меня, ладно? Я слеп был. Идиот, что тут скажешь. Жену свою я не сразу разглядел. Наверное, просто не хотел замечать, какая она… Мне после твоей мамы хотелось чувств каких-то, любви. Не знаю. Это сложно объяснить.
– Давай не будем сейчас о маме, ладно? – Илья, как обычно, не дал ему продолжать. Слишком болезненная тема для обоих. – Ты теперь с подругой Вариной встречаешься или что? А эта как? Жена твоя?
Я не стала слушать дальше, тихонечко сбежала на кухню, не желая оказаться пойманной на месте преступления. Да и не моё это дело, если честно. Только вот Алину жаль. Мне всегда казалось, что такие девушки, как она, знают себе цену и ни за что не свяжутся с мужчиной, у которого есть жена. Ещё и беременная. Как по мне, это губительно для души. Я бы не смогла делить Илью с кем-то другим. Например, с Яблонской.
