«Он похож на врача», — промелькнуло в голове у Кэтрин.
Что выдумаете о вашем браке? — спросил отец Пол.
Мне повезло, — бросив взгляд на Роберта, сказала она. — Мы были очень близки. Я не побоюсь сказать, что мы сохранили свежесть чувств дольше, чем другие пары… Ну… я, конечно, не могу ничего знать о других супружеских парах… просто мне так кажется.
А потом?
Потом… — повторила за священником Кэтрин. — Потом страсть утихла, но мы продолжали любить друг друга.
Любить друг друга — это все, что Господь требует от человека.
Кэтрин нечасто задумывалась над тем, чего Бог хочет от нее.
Наш брак длился шестнадцать лет.
Капитан Лайонз уже возвращен на родину? — закидывая ногу на ногу, спросил отец Пол.
Возвращен? — не поняла вдова.
Я имею в виду его тело.
Нет, — быстро ответила Кэтрин. — Тело моего мужа еще не найдено.
Тогда речь может идти только о поминальной службе.
Женщина посмотрела на Роберта. В ее взгляде читалась мольба о помощи.
Да, конечно, — согласилась она.
В таком случае существует два варианта, — начал священник. — Я могу в ближайшие дни провести поминальную службу по капитану Лайонзу. Желательно сделать это до Рождества. Так будет легче и для вас, и для вашей дочери. Поверьте мне, ждать, пока закончатся праздники, неразумно.
Слова отца Пола не показались Кэтрин очень уж убедительными.
Или мы можем подождать, пока не найдут тело вашего мужа.
Нет, — приняв решение, ответила вдова. — Мы должны как можно скорее воздать Джеку последние почести. Ради моей дочери, ради его памяти… ради меня самой, в конце концов. Журналисты поливают его имя грязью. И по телевидению, и в газетах одно и то же. Они распяли Джека!
В следующую секунду Кэтрин смущенно замолчала. Использовать слово «распяли» в данном контексте, да еще в присутствии священника было равносильно богохульству. Впрочем, как еще можно назвать то, что журналисты делают с добрым именем ее покойного мужа?
Они считают, что Джек совершил самоубийство, что он убил сто три человека, — продолжала говорить Кэтрин. — Если я не устрою по нему поминальной службы, если члены его семьи не будут на ней присутствовать, то кто тогда воздаст ему должное?
Священник внимательно смотрел ей в лицо.
Пусть будет поминальная служба, — попросила она, замолчала, прочистила горло, а затем добавила: — Сомневаюсь, что тело моего мужа удастся когда-нибудь найти.
Ночь выдалась бессонной. Джулия и Мэтти давно пошли спать, а Кэтрин все сидела и сидела в знакомой с детства кухне бабушкиного дома и думала о событиях прошедшего дня. Ее мучило чувство вины. «Надо было рассказать отцу Полу о матери Джека», — мысленно повторяла про себя женщина. К тому же Кэтрин раздирали сомнения: «Надо ли уведомлять мать Джека о смерти ее сына или лучше оставить все, как есть?» В глубине души она склонялась к мысли, что сообщить горестную новость ей все же придется, хотя образ прикованной к инвалидному креслу старухи, в чьих чертах присутствует неуловимое сходство с сыном, вызывал в ее душе не самые приятные эмоции. Кэтрин не особенно волновало, что муж скрыл от нее правду. Куда важнее было то, что на свете живет его мать, и Кэтрин не имела ни малейшего понятия, как к этому относиться.
Повинуясь минутному порыву, она сняла трубку и связалась с информационной службой. Узнав номер дома престарелых, она позвонила туда.
Форист-Парк, — раздался молодой женский голос.
Здравствуйте, — преодолевая невольную нервозность, сказала Кэтрин. — Я хотела бы поговорить с Мэтиган Райс.
Да неужели! — воскликнула женщина.
В трубке хорошо было слышно, как она чавкает. Не то ест, не то жует жвачку.
Это третий звонок за сегодня, — добавила жующая женщина. — А до этого миссис Райс не звонили месяцев… шесть… кажется.
В трубке раздался всасывающий звук. Должно быть, говорившая начала пить что-то через соломинку.
Как бы то ни было, — продолжила она, — миссис Райс не может подойти к телефону. Она не в состоянии самостоятельно передвигаться даже по своей комнате. К тому же за последнее время ее слух резко ухудшился. Боюсь, она просто не услышит вас по телефону.
Как ее здоровье? — спросила Кэтрин.
Все по-старому.
Немного поколебавшись, Кэтрин сказала:
Я вот тут пыталась вспомнить, когда миссис Райс поступила в ваш дом престарелых…
На другом конце провода молодая женщина, сделав паузу, настороженно спросила:
Вы ее родственница?
Кэтрин не знала, что ответить. Родственница или нет? По неизвестным ей причинам Джек скрыл от нее правду. Все эти годы Кэтрин и Мэтти считали, что его мать давно покоится в могиле. Ее внезапное воскрешение не особенно обрадовало Кэтрин. Она попросту не знала, что ей делать с Мэтиган Райс. Почему Джек скрыл от нее существование своей матери? Из-за стыда? А может, он когда-то крупно поссорился с ней? Так, что не смог ее простить.
Нет. Я не родственница, — сказала Кэтрин. — Скоро состоятся похороны ее сына, и я бы хотела уведомить об этом миссис Райс.
Ее сын умер?
Да.
Как его звали?
Джек. Джек Лайонз.
О’кей.
Он погиб в авиакатастрофе.
Да! Неужто? — изумилась женщина. — А это случайно не самолет авиакомпании «Вижен»?
Да.
