Я выпила. Он забрал стакан из моих рук, поставил на стол и потянул меня за руку к дивану. Усадил и накинул сверху плед, сам тоже сел рядом. Повернулся ко мне.
— Рассказывай. Что значат твои слёзы? Не из-за болезни же?
— Нет, — надтреснутым голосом ответила и опустила глаза, спрятав их за мокрыми ресницами
— Смотри на меня, — Мэтт рукой заставил поднять голову снова. — Рассказывай. Я всё равно докопаюсь до правды.
— Твой кузен меня шантажирует.
Он поднял брови вверх и от удивления даже отпустил моё лицо:
— Та-а-а-ак… Отличные новости. Что он хочет?
— Твоё кресло.
Лицо Мэтта потемнело, он поджал губы:
— Чёрт, никак не успокоится… И что он требовал, чтобы ты делала?
— Хотел, чтобы шпионила за тобой и какие-то данные ему предоставляла.
— А взамен?
— Помощь с делом отчима. Он раскопал ещё какие-то подробности. И обещал не говорить тебе взамен на данные из твоего компьютера.
Донован вскочил на ноги и нервно заходил по комнате. Потом повернулся ко мне:
— Я понял. Хорошо, что ты не стала работать на него. Он бы обязательно тебя обманул. Все данные мне известны. Рука не поднялась посадить отчима моей жены, пусть и фиктивной.
Подняла на него глаза:
— Ты серьёзно, Мэтт?
Он кивнул.
— Представляешь, я не такая уж и сволочь, как обо мне говорят. Да и что скажут, если я посажу собственного тестя? Многие ведь уже знают, чья ты дочь. Хотя он в самом деле виноват. Но я тоже уверен, что Джейсон не сам на это пошёл. Но знаешь… Теперь у меня появился план, как вывести Колина на чистую воду. Поможешь?
— Конечно. Говори, что делать, — я воспряла духом. Я готова ему помогать.
— Скажешь ему, что будешь шпионить, — начал рассказывать детали плана Мэтт. — Мы поставим в его кабинете скрытую камеру со звуком и всё запишем. Покажем это шоу членам совета директоров. И ты задашь ему те вопросы, которые я тебе скажу.
— Хорошо, — кивнула я. — Мне нужно завтра сказать ему, согласна я или нет.
— Скажи, что согласна. Пусть озвучит, какие ему данные нужны и в какие сроки.
— Я поняла…
Голос сорвался, я снова начала плакать. Теперь от облечения. Я не знаю почему, но именно этот мужчина решает мои проблемы и смог избавить меня от шантажа Колина. Он оберегал моего отчима, вместо того чтобы его посадить далеко и надолго. Ради меня.
Мэтт сел рядом, взял моё лицо вверх и поднял на себя:
— Ну что опять? Я не то что-то сказал?
— Нет, — продолжала плакать я. — Я не думала, что ты мне поможешь. Спасибо, Мэтт. Ты лучше, чем мне казалось.
Очередная слеза капнула на губы. Мэтт проследил за ней взглядом, а потом прижался к ним своими губами. Он целовал меня, тянул к себе ближе. В моей голове не возникло мысли сопротивляться. Я подставляла ему свои губы, мысленно молила не прекращать поцелуев, целовала в ответ его сама, положила робко ладони на его плечи.
Пояс халата развязали мужские руки, скинули его вовсе. Я осталась в тонкой сорочке, под которую нетерпеливые и горячие пальцы тут же заползли и обожгли кожу. Я в ответ расстегнула пуговицы его рубашки и потащила вниз за ворот, снимая её вовсе. Не удержалась и провела с восхищением пальцами по рельефному телу. Под кожей отлично чувствовались мышцы, такое тело было приятно ласкать и не менее приятно смотреть на него…
Мэтт уложил меня на диван и придавил своим телом сверху. Перехватил мои руки и потянул их вниз, стал покрывать кожу плеч и шеи поцелуями, не давая мне ему помешать. Поначалу руки напряглись, и действительно было желание всё прекратить немедленно, мы не должны… Мне потом будет больно.
— Мэтт, не нужно… Мы будем жалеть.
— Я не буду об этом жалеть, — ответил он негромко.
Смущение быстро сменилось удовольствием, и я плюнула на все. Руки обмякли, и Мэтт отпустил их, понимая, что я сдалась. Я обнимала его, гладила по волосам, закрыв глаза от приятных эмоций, волнами перекатывающихся по всему телу. Мне было плевать, что я температурю, что этот мужчина не для меня, он был моим врагом… Сейчас мне было просто хорошо, я хотела близости с ним, очень. Остальное будет потом.
Он прижимал меня в к своему горячему телу, а его пальцы нежно ласкали мою кожу. Движения были мягкими, осторожными, и я еще стремительнее начала куда-то падать. Сладкое падение, просто замечательное…
Мужчина подарил мне куда более глубокий поцелуй. Мы стали с ним единым целым. Впервые в моей жизни. Неожиданно тело пронзила острая боль… Я поморщилась и зашипела от болезненных ощущений, впепившись пальцами в его плечи.
— Ты невинна? — спросил он с удивлением и словно бы с наслаждением.
Я лишь кивнула в ответ, пытаясь справиться с болью.
— Надо было сказать, Кэти… Так сразу нельзя в первый рза.
Мэтт погладил меня по волосам, прижался к губам, пытаясь утешить. Он стал действовать осторожнее. Постепенно тело моё привыкло, а боль ушла. Я сходила с ума в его руках, извивалась, целовала Мэтта снова и снова.
Он обнимал меня, я обнимала его, мы целовались так, что уже болели губы, и чувствовали оба эти ощущения, чувствовали друг друга, пока волны удовольствия совсем не унесли нас далеко за пределы гостиной…
