Учителя неоднократно предлагали ей перевести Тэру в следующий класс или отдать в школу для особо одаренных, но она неизменно отказывалась.
Иногда при мысли о том, какая умная у нее дочь, у Джессики по спине пробегала холодная дрожь. Ей само́й учеба хоть и доставляла удовольствие, но требовала колоссальных усилий. Тэра унаследовала ум своего отца: у Эдди Кэла коэффициент интеллекта был равен ста семидесяти пяти.
— Тэра, — произнес Джексон, — будь добра, подожди в коридоре.
Когда девочка вышла, он сказал:
— Миссис Ярдли, ей здесь не место. На днях мисс Маккомбс на уроке поймала ее на том, что она что-то рисовала. Сначала учительница решила, что это какие-то каракули, но, как оказалось, Тэра решала сложную математическую задачу в векторах и скалярах. Мне пришлось искать в Интернете, что это такое, и я до сих пор не до конца разобрался в задаче. Тэра уже прошла весь курс информатики, который мы преподаем. Мы просто не можем загрузить ее по-настоящему. Тэре скучно в школе, вот она и отрывается. Ей нужно в школу для особо одаренных или на курсы при университете. Возможно, поступать в университет напрямую.
— Вы знаете нашу историю. — Ярдли покачала головой. — Мистер Джексон, мне потребовалось столько времени — столько времени, — чтобы создать хотя бы какое-то подобие нормальной жизни… Я не хочу, чтобы Тэра чувствовала себя изгоем; вот почему я не собираюсь никуда переводить ее из обыкновенной школы. К тому же впервые в жизни у нее появились друзья. Она сама не хочет никуда уходить.
Вздохнув, Джексон сложил руки на столе.
— Перед человеком с интеллектом такого калибра открыты два пути. Получая любовь и поддержку и имея возможность применить в полном объеме свой ум, он может стать Альбертом Эйнштейном или Стивом Джобсом. Если же ему скучно и его ум, предоставленный самому себе, сам ищет развлечения, он станет…
— Если вы хотели сказать — Эдди Кэлом…
— Нет, — Джексон покачал головой. — Я хотел сказать — Билли Маккерусом. Время от времени я встречаю этого господина клянчащим мелочь у ресторана неподалеку от моего дома. Он был профессором философии, работал над теориями, названия которых я даже не смогу произнести, — а теперь завсегдатай полицейских участков и наркологических клиник. Билли Маккерус пошел по второму пути. Тэру нужно постоянно загружать соответствующей интеллектуальной работой, а я не имею для этого необходимых возможностей.
Ярдли кивнула.
— Спасибо за то, мистер Джексон, что вызвали меня. Я позабочусь о том, чтобы больше такое не повторилось. — Встав, она вышла из кабинета и обратилась к дочери: — Пошли.
Когда они с Тэрой сели в машину, Джессика протянула руку:
— Телефон.
— Мам, извини, что я сказала такое. Просто я…
— Телефон!
Помявшись, Тэра достала из кармана телефон и протянула его матери. Та убрала его в сумочку. По дороге до дома обе молчали. Тэра держала руки сложенными на груди.
Поставив машину на стоянку, Джессика наконец спросила:
— Это был Кевин?
— Не имеет значения.
— Для меня имеет. Кто это был?
— Это я его попросила. Он тут ни при чем.
— Где он достал выпивку?
Дочь ничего не сказала.
— Тэра, даю тебе слово: я сегодня же позвоню своим друзьям из ФБР и попрошу их заняться Кевином. Они предъявят ему обвинение в том, что он снабжает спиртным несовершеннолетних.
Тэра молча смотрела на мать.
Достав телефон, Ярдли начала набирать номер.
— Мама, подожди! Не надо! Я не хочу, чтобы у него были неприятности.
— У него уже большие неприятности. Кто?
— Его… его отец.
— Его отец?
— Да, — Тэра кивнула. — Ему все до фени.
Ярдли покачала головой.
— Я должна вернуться на работу, — выдохнув, сказала она. — Ты остаешься дома. Никаких друзей; без моего разрешения ты никуда не выходишь. Если выйдешь из дома, не спросив у меня, я увеличу срок наказания до двух семестров, а твой телефон просто вышвырну в мусорный контейнер. Я ясно выразилась?
Молча кивнув, дочь открыла дверь.
— И еще, Тэра. Если ты еще хоть один раз назовешь меня сукой, я заберу тебя из школы и буду лично обучать на дому. Своих друзей ты не увидишь до тех пор, пока тебе не исполнится восемнадцать и ты не уйдешь из дома. Ты меня поняла?
Тэра молча кивнула.
— Мне нужно услышать твой ответ. Ты меня поняла?
— Да, поняла.
Выйдя из машины, она хлопнула дверью. Джессика потерла виски, борясь с головной болью. Ей постоянно приходилось напоминать себе, что хотя Тэра и имела некоторые общие черты с Эдди Кэлом, она не была похожа на своего отца. По крайней мере в главном — в том, что делало ее дочерью Ярдли.
Когда Тэра скрылась в доме, Джессика шумно выдохнула и выехала на улицу.
Ярдли пыталась сосредоточиться на тех делах, которыми занималась в настоящее время, однако перед глазами у нее постоянно возникала лежащая в кровати пара; промокшая насквозь от крови одежда, облепившая бледную плоть… Она гадала, пришлось ли Олсенам наблюдать за смертью друг друга, или же они быстро потеряли сознание и оказались избавлены от этого кошмара.
Когда она собралась возвращаться домой, солнце уже было у самого горизонта.
