Ренске опустила голову, не глядя больше ни на кого. А я смотрела в её лицо, пытаясь понять, насколько всё же искренни её чувства к Хилберту, насколько сильны, если она даже против брата пошла. А может быть, всему причиной было отчаяние, когда она поняла, что жених теперь потерян. Мне не было стыдно. Но вдруг стало её немного жаль. А ведь в какой-то миг я начала думать, что с Паулине они очень похожи.
– Наверное, мне нужно поблагодарить мейси ван Стин за то, что она, может, невольно, подтвердила то, что я написал вам об антреманне, – совершенно ровно ответил Хилберт.
– Да, без её слов я, возможно, поверил бы вам не так охотно, – согласился король. – Хоть и сам испытывал на его счёт некие подозрения. Когда мой отец возводил мениэра ван Стина на этот пост, я не слишком одобрял его решение. – Он неопределённо покрутил кистью руки. – Это мягко говоря. Но после Феддрик показал себя человеком увлечённым и с виду преданным. Что и мне начало казаться, будто он оставил свои стремления и мечты о независимости антрекена.
– Но вы продолжали следить за ним? – догадался Хилберт.
– Я не мог оставить его без присмотра, – кивнул Андмар. – Сами понимаете – мнительность. Мениэр ван Стин вёл себя тихо – почти ни к чему нельзя было придраться за исключением неких сомнительных связей с Изгнанными. И ярого рвения протолкнуть своего кузена на верхушку Ордена. Конечно, он выдал бы себя рано или поздно. Но лучше, что это случилось до того, как начались стычки с моей армией.
– Погибли люди. – Йонкер сомкнул перед собой пальцы в замок. – Погиб мой отец. И мне жаль, что всё обернулось страданиями людей.
– Людям свойственно страдать, – жестко возразил король. – Каждого не убережёшь. Но я не могу одобрить того, как вы поступили с аардом Тейном Мейером. От Мейера-старшего мне пришло несколько писем с требованием назначить вам достаточно жёсткое наказание за самосуд.
– Позвольте, ваше величество, но он собирался устроить самосуд надо мной. Моей женой и сестрой. Над моими людьми, которые прошли нелёгкий путь ради того, чтобы я обрёл силу Ключа и стал достойным Главой…
Король вскинул руку, останавливая его вспыхнувший гнев. Я под столом положила ладонь на колено мужа и легонько сжала. Конечно, не стоит рисковать расположением монарха ради того, чтобы выказать негодование, хоть я его прекрасно понимала. Хилберт вздохнул, успокаиваясь.
– Я не дурак, мениэр, – умиротворяюще проговорил Андмар. – Но вы живёте не в тех кругах, где очевидные убийства проходят бесследно. Какие бы события тому ни предшествовали. Потому я вынужден осудить вас, дабы все возмущения стихли.
Йонкер тихо фыркнул: наверное, это услышала только я.
– Как вам будет угодно, ваше величество.
– Вам придётся провести в Волнпике ещё год. Без права надолго покидать его. И вы обязуетесь выплатить возмещение за жизнь Стража высокого ранга в пользу короны и его родственников.
Я едва удержала обречённый вздох. Провести ещё целый год в Волнпике! Но в следующий миг волна негодования откатилась назад – и осталось понимание, что король просто пощадил Хилберта. Дине переглянулась со мной украдкой – и по губам её пробежала улыбка. Андмар посмотрел на неё с интересом, похоже, собираясь сменить тему.
– Кстати. Я весьма удивлён, мейси ван Берг, – обратился к йонкери. – Женщина на верхушке Ордена – это небывалый случай.
– Я всего лишь буду поддерживать брата, ваше величество, – смущённая его вниманием, проговорила та. – Я привыкла быть рядом.
– Мейси дер Энтин, – продолжил правитель, приняв к сведению её слова, – останется под личным надзором Ордена. В столь тонкие материи, как связь Стражей и Ключей, я не собираюсь вмешиваться. И не могу её казнить, не лишив при этом Орден значительной части силы в лице мейси ван Берг. Парадокс. Однако мейси дер Энтин заключается в Волнпике пожизненно. Или до тех пор, пока кто-то из Стражей не пожелает уплатить за неё определённую сумму короне, чтобы взять в жёны.
Эдит только пошевелилась на своём месте, не издав ни звука. Вряд ли после Пустоши необходимость жить в Волнпике хоть немного её пугала. Да, она потеряла возлюбленного, но в замке достаточно много Стражей – и это, возможно, давало ей некую надежду на то, чтобы однажды оттуда выбраться.
– Мейси дер Энтин совершила много опрометчивых поступков, – заговорил Хилберт после недолгого мига тишины, когда все вокруг обдумывали решение короля. – Но я считаю ваше решение справедливым.
– К сожалению, мой дознаватель, которого вы неплохо знаете, – правитель нарочито тяжко вздохнул, – сообщил мне, что ваша супруга, мениэр, тоже имеет отношение ко многим нечистым делам. Всё случившееся только подтверждает, что вашего отца она оклеветала. Что была связана с Тейном Мейером. И с Изгнанными.
Я покосилась на Хилберта и только успела заметить, как дёрнулся у него кадык. Наверное, он не ожидал, хотя было бы странно, что после всего случившегося по Паулине не проехались бы катком правосудия.
– Какие бы раньше ни случались недоразумения между домом ван Бергов и мейси дер Энтин, смею вас заверить, ваше величество, они улажены.
