— Что ты, ничего страшного, — сдавленно проговорила она, отмахиваясь от моих извинений своим платочком. — Ты права, надо уложить мальчиков спать, как ты и говоришь, это совершенно правильно. Хотя вместо тебя этим должна была заняться Триша. Я попросила ее отвести мальчиков в дом, если понадобится, поэтому позвала ее на вечеринку, черт возьми! А не для того, чтобы она флиртовала с моим племянником, чем она сейчас и занимается!
Я улыбнулась, вспомнив, как заблестели глаза Джека, когда он увидел камешек в пупке Триши.
— Мне кажется, он не против.
— Конечно, не против! Эта маленькая лиса как раз по его части! Но я пришла сказать, что вы все в этом доме никак не уместитесь, а в особняке полно места. Вы как вообще планировали разместиться, ума не приложу?
— Мы с Джесс в одной комнате, а Тереза и Розанна…
— Нет, нет, ничего не хочу слышать! А, вот и Тед. — Она обернулась. — Пришел за багажом. Тед! А ну, живее. — Она нетерпеливо подозвала молчаливого и обиженного Теда, который покорно плелся по холму нам навстречу. — Тед, иди и принеси со второго этажа багаж леди Розанны, она покажет тебе, где он лежит. Джесс, где ваши вещи?
— О боже, она и вправду смотрела справочник, — прошептала Розанна, проходя мимо меня, чтобы показать Теду ее «багаж».
— Я останусь здесь с сыном, — твердо произнесла Тереза.
Роуз посмотрела на нее, как на мерзкое насекомое, выползшее из дровяного сарая.
— Да, да, безусловно. Так будет разумнее. Ваш сын — друг Бена, не так ли? — спросила она, как будто в этом и заключалось единственное предназначение Терезы. — Можете оставаться здесь, а Джесс с Розанной пойдут со мной в Незерби, где им отведут отдельные спальни. Некоторые гости после вечеринки решили остаться, но места все равно хватит. Так будет лучше. Все взяли багаж? Следуйте за мной, друзья мои.
На следующее утро мы с Терезой сидели в залитом солнцем саду, расслаблялись и лакомились поздним завтраком, а мальчики играли где-то в лесу. Вдруг мы на секунду прекратили разговор, опустили кофейные чашки и вгляделись вдаль. Над высокой травой у сада появились две головы, и через пару секунд мы увидели Джесс с Розанной, которые поднимались к нам по холму, волоча за собой чемоданы и безудержно хохоча.
— А что дворецкий багаж не принес? — спросила я.
— Времени не было его попросить, — пропыхтела Джесс. — Надо было бежать. Господи, там как в концлагере, и комендант Роуз была в ударе.
— Да уж, вот умора так умора, — тяжело дыша, пролепетала Розанна, плюхаясь в свободное плетеное кресло. — Можно подумать, будто она чего-то нанюхалась, такая она взвинченная. Ни на минутку не расслабляется, честное слово. О да, спасибо, нормальный кофе. — Она выпрямилась и с благодарностью взяла у меня чашку. — Они нам дали такую бурду, что ложку можно было ставить. Спасибо, Люси.
— И какие чудесные круассаны, — проговорила Джесс и жадно потянулась к корзинке, подтаскивая стул. — Видела бы ты нашу утреннюю трапезу! Пришлось сидеть за громадным столом красного дерева и давиться тоннами холодного тошнотного рыбного пудинга. Фу.
— И слушать, как леди Роуз чехвостит Лавинию и Пинки за то, что те не отхватили себе приличных мужиков на вчерашней вечеринке, — фыркнула Розанна.
— Но бедная женщина, видимо, ослепла, — хитро добавила Джесс. — Судя по шее Пинки, она вчера пошла вразнос и отхватила себе даже не одного. В кустах. М-м-м… как вкусно. — Она замолкла, чтобы вытереть капли масла с подбородка.
— Ага. Значит, анализ показал, что вечеринка не очень-то понравилась ее королевскому высочеству? — нервно спросила я.
— Именно, — мрачно проговорила Джесс. — Сперва она разгромила в пух и прах дочерей, а потом принялась за беднягу Гектора. Ему досталось по первое число, и все из-за того, что он не поговорил с какой-то девушкой по имени София Леннокс-какая-то-там, которая приехала аж из самого Сайренсестера, чтобы с ним повидаться, и у которой, цитирую, было самое «лучшее место, о котором только мечтать можно!»
— Место в обществе или то самое место?
— Бог знает, я все равно ничего не поняла. Короче, Гектор упустил шанс всей своей жизни и попал в немилость.
— И он приполз к ней на коленях, пространно извиняясь, краснея и заикаясь?
— Вообще-то, нет. Я даже удивилась. — Джесс задумчиво склонила голову и заработала челюстями. — Он сказал матери, чтобы та заткнулась и не совала свой чертов нос в его личную жизнь. И вылетел пулей из комнаты.
— Ничего себе! Вот это историческое событие. Совершенно на него непохоже.
— Именно. А потом, как ни в чем не бывало, — Джесс выпрямилась, явно довольная собой, — старушка Роуз переключилась на несчастных милых тетушек. О, видела бы ты, как им досталось. В тот момент, когда они вошли в столовую, Роуз потребовала, чтобы они открыли сумочки и отдали ей водительские права!
— Умоляю. Не может быть, чтобы они ее послушались.
