Ну все, все, хватит обо мне, как всегда…
Я отпускаю тебя
(Замотанные эти слова).
Я теперь все поняла.
Нельзя тягостно перемалывать,
Напоминать о себе звонками,
Письмами, поздравлениями –
Никаких позывных, обещаю.
Но все же чуточку знай,
Что я всегда у тебя есть.
Всегда жду погладить, утешить
(И буду молчать, когда ты спишь или ешь).
Хотя я люблю Абсолют в тебе
И к тебе кометой стремлюсь,
Мне нечего больше терять, признаю.
И больше теперь не приснюсь.
Когда клетка грудная разодрана в клочья,
Делай, что хочешь,
Живи, как знаешь,
А тебе все никак не хочется – маешься.
Пожрала, помыла, заправив машинку,
Вылепила из себя что-то красивое.
Купила новое платье, покрасила волосы. —
Не для себя. – Ну серьезно?
Где ты надеешься ее встретить?
В какой подворотне? В каком столетии?
И что ты при встречи сказать ей сможешь?
«Была да и осталась убожеством.
Давай вечером с тобой встретимся?
Опиумом по квартире развеемся?
Повспоминаем наш декаданс:
Стихотворений любовных танцы?»
Убей другого, ее, себя —
Ты не изменишь уже ни черта.
Грудная клетка уже разорвана,
Мечтой защита Лужина на клетки раздолбана.
И еще похудей, на всякий случай:
Вдруг, что в воображении у вас получится,
В конце концов, наплевав на реальность,
С которой у мысли нет связи.
Если ты выйдешь замуж,
Переедешь в другой город, умрешь. —
Я точно не выдержу:
Я себя больше не вынесу.
Как это без тебя?
Вечная мерзлота? Темнота? Пурга?
Я накрою себя одеялом
И просто от слез растаю.
Разложится ткань сердечная,
Нервная карта памяти,
И, обезвоженная,
Оставлю без тебя – мир безбожный.
Но нет… сегодня какой-то врач
Мне сказал, ты давно меня бросила,
Малодушно отгородившись от боли,
Бесчеловечно, бескровно.
Связь, как пуповина между ребенком
И матерью, нежно заботящейся.
Просто надо уметь выдерживать:
Матерям бывает отказаться несложно…
Значит, уже тебя нет!? —
Пузырек пуст, и запах выветрился…
Мне так мало было отпущено:
Нить была болезненно рвущейся.
Когда-нибудь я выйду из дома,
Как обычно, удрученно-зареванная,
А ты мена ждешь при входе,
Берешь за руку, и мы уходим…
Гуляем, держимся за руки,
Влюблено-заботливо смотришь,
С мягкостью мамы гладя,
Все тревоги поцелуем отводишь.
Как раньше, сидим на лавке,
Спокойствию себя предавшие,
Не вставляешь в колеса палки,
Цинично не унижаешь. – Как раньше…
Когда-нибудь снова в кафе
Я твой шелк руки буду поглаживать,
И, после кино посмотрев,
Прогуляемся снова по набережной.
«Ты доехала? – Спросишь опять. —
Спасибо за вечер чудный!»
И счастливая лягу спать,
Зарываясь в подушку. Когда-нибудь…
Любовь моя все прощая, все принимающая, все отдающая, не собственническая.
Мне так было тяжело с кем-то делиться таким сокровищем, как ты!
Я всю жизнь одинока, а с тобой никогда не была.
Но отпустить значит лгать, а я не хочу лжи.
Я молюсь уйти от разрыва сердца,
Без тебя нет сил ни жить, ни умирать.
Да и не живу я, все время жду тебя,
На сером серая уставшая ждать.
Как бы я хотела тебя обнять!
Запутаться в волосах и встретить так старость,
А ты совсем не скучаешь по мне,
Отдалилась, и без меня тебе радостно.
А так бы ты со мною смеялась:
«Иннка, ну совсем затискала, как ребенок!»
Только и под Рождество чудес не случается,
Даже если Принц приручил лисенка.
Ты выбрала любить свою старую кошку,
Встречать кого-то, чтоб быстро расстаться.
Я изначально была на подмене:
Никогда мне не стоило обижаться.
Засыпаю под Эми Уайнхаус
После фаланговой ампутации,
Тайно куря в туалете,
Антидепрессанты сдавая на пост аптечный,
В отделении хирургии,
Куда два года назад ты ко мне приходила…
Но уже не придешь больше.
И я думаю о тебе, сколько можно:
Во все перерывы свободные
От ампутационной боли,
От заглушающих тебя разговоров
Теток, любящих споры,
Шмотки, запои, обсуждать запоры…
Моя затмевающая убогость вечернюю,
Не думай, что я хоть день не думаю о тебе. Со временем
Моя любовь любыми проверяется расстояниями,
Любыми ургентными состояниями.
Не проходит. Скрепляется-
Крепится чудными воспоминаниями.
Я не пройду, обещаю,
Да ты сама это знаешь…
Я поздравлю тебя с Новым Годом.
Пусть он будет красивым по-новому.
Я пишу тебе из сердца-лучшее,
Искренне молясь, что желания твои сбудутся.
(И забыла: я на удачу до операции надела твое колечко. —
И операция прошла успешно).
Фитотерапию бы нам, расставшимся,
Ароматные ванны, укрепляющие,
Чтобы близость вернуть тающую –
Уже вода.
Как я была не права,
Как ты была не права тоже,
Но зачем же мы так похожи?
До невозможности
Вынести нашу близость. —
Выдохни же. Дыши.
Я тебя жду всегда, я рядом,
Если понадоблюсь.
В печали и радости.
Если нельзя любить тебя,
То одиночество – единственный выбор.
Я верю, что если очень захочешь,
То можно и трижды войти в одну реку…
Израненным человеком, но можно.
А для нас – ничего сложного.
Мы вместе сильнее Атланта,
Могущественнее Минотавра,
Только тебе захотеть надо – вместе.
Вызываю, призываю тебя, как демона:
Отзовись, объявись – и переверни
Нечеткость, безликость, бесцветные звуки-ублюдки,
