Наташа посмотрела в свою тарелку: там одиноко лежал по центру аккуратный брикет какой-то рыбы, а чтобы ему было не очень скучно, вокруг – три листика салата и два брусочка моркови. Еду заказывал, конечно, Филипп. Таким, по его мнению, и должен быть ужин с любимой девушкой в День Святого Валентина. Приятного аппетита! Ну что, пора уже развернуть уши из трубочек и вместо «бла-бла-бла» услышать… Что же на этот раз?
Наташа увидела, что Филипп замолчал и как-то странно посмотрел на неё. Догадался, что она его не слушает? Вообще-то и раньше он замечал, что она отсутствует, присутствуя. Наташе до сих пор удавалось отбояриться недостаточно глубоким знанием его родного языка, и это была не стопроцентная ложь: в личной беседе, увлёкшись, Филипп быстро переходил со скомканного русского, минуя бизнес-английский, на трудно воспроизводимый ирландский диалект, который от классического английского отличался как украинский от русского: на слух похоже, но разобрать тяжело.
Но эту отмазку Наташа старалась использовать не слишком часто: стоило ей пожаловаться Филиппу на недостаток каких-нибудь знаний, он с удовольствием включал препода и развивал тему с занудством, вызывавшим следующее Наташино «выпадения».
«Ладно, буду слушать», – сказала себе Наташа. Но прежде, чем услышали её уши, кое-что неладное увидели её глаза, а именно – бархатную бордовую коробочку в форме сердечка, такую же, какую она только сегодня видела в рекламе по телевизору. «Вау, и что теперь делать?»
Наташа понимала, что, при её везенье, в коробочке окажется как раз то, чего она совсем не желает от Филиппа принимать! Вот ведь какая ирония судьбы: миллионы девушек по всему миру сегодня мечтают об этом, и несколько миллионов из тех миллионов так и не получат желаемого, а она, Наташа, получит.
Конечно, можно ещё понадеяться, что в коробочке скрывается что-нибудь другое: серьги, допустим. Или кулон. Или комплект: серьги и колечко. «Не обручальное, пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста, пусть будет не обручальное, Господи, ну что тебе стоит, я же на твоих глазах так некрасиво поступила, сбежала со свадьбы, обидела хорошего человека, а ты опять за свое, опять хочешь затащить меня под венец не с тем, кого я жду?!»
Филипп, между тем, выдержал паузу и заговорил.
– Наташа! Ты не ошибаешься. Это – то, о чем ты подумала! – он откинул крышку и – да, там лежало именно оно! А Филипп продолжал, довольный собой:
– Я выбирал кольцо почти два месяца – я не хотел покупать … энисинг … любое, всякое…Я потратил не только деньги, но и время, тайм из мани, время – деньги… Я рассказываю всё так подробно потому, чтобы ты знала, как серьезно я отношусь к этому шагу.
Вау! Ну что тут скажешь? Наташа от души была благодарна официанту, который не нашёл лучшего времени (умница!), чтобы подойти к их столику и обновить напитки. Бокал шампанского, наполненный предупредительным работником полотенца и подноса, Наташа осушила залпом. И попросила ещё.
Гарсон сделал своё дело, как подобает, молча, посмотрел, не наполнить ли бокал снова? И осведомился, когда подавать горячее. Как, будет ещё и горячее? А это что было? Наташа ковырнула ещё раз вилкой неаппетитный сероватый прямоугольный рыбный стейк. Вот как, значит, Филипп тут, пока она не слушала, огласил всё меню, и ведь в каком-то месте она кивнула.
Интересно, что ей выпадет на этот раз? Кроме, конечно же, уже поданного перед горячим блюдом обручального кольца с… очень даже нестыдным бриллиантом. Наташа усиленно закивала головой: да-да-да, несите горячее, будет хоть чем заняться. А Филипп, дождавшись, чтобы официант ушёл, наклонился к ней и нежно, насколько это было возможно, спросил:
– Дорогая, ты уверена, что не хочешь переменить заказ? Это очень тяжелая пища
Да, она совершенно уверена! Чтобы он не волновался, она погладила его по руке. В сложившихся обстоятельствах это действие было совершенно излишним: жестом она ободрила его, как будто рука её уже сказала «да»! Вот ведь незадача!
Хорошо ещё, что Филипп не торопил с ответом. Он огласил протокол о намерениях и теперь расшифровывал пункты. Наташа стала слушать дальше. Филипп перестал волноваться, и речь его полилась так же плавно, как обычные лекции на любую предложенную тему.
Собственно говоря, дальнейшее и было лекцией о значении брака и семьи в жизни современного цивилизованного человека. Для наглядности Филипп взял коробочку с кольцом и в особенно важных местах взмахивал ей, потрясал, как самым убедительным доводом. «Не вытряс бы кольцо, ищи его потом!» – подумала Наташа, впадая в привычный для их бесед ступор.
– Делая тебе такое предложение, я принимаю на себя обязательства и должен заботиться о твоем здоровье также, как о своем. А для своего здоровья я делаю очень много, ты не можешь отрицать. Да, в моей жизни присутствуют ограничения, без них я не смог бы в свои 48 выглядеть на 35. Ты, конечно, понимаешь, для бизнеса очень важно, как я выгляжу. Я излучаю здоровье и уверенность, и люди с удовольствием отдают мне свои деньги.
