Дарина окружена вниманием мужчин. Ее красота никого не оставляет равнодушным. Женихов и поклонников много, но сама Дарина не любит никого. Суждено ли девушке испытать чувство любви? И кто станет ее избранником?
Где грань добра и зла проходит?
Нас в искушение демон вводит,
а Бог взирает равнодушно,
как мы идем за ним послушно…
И можно ль быть святым в аду?
Зачем мы любим на беду?
Где рай, где ад, никто не знает,
но все равно о том гадает.
Хорош поступок или плох?
Везде и всюду есть подвох…
И лишь вопросы, нет ответов…
Зато есть множество сюжетов
для сказки и для мелодрамы,
и для комедии и драмы.
Жила-была одна краса.
Ее зеленые глаза
сияли будто изумруды.
И, где ходила, там повсюду
мужские взгляды загорались.
Ей восторгались, восхищались.
Сияет кожа белизной,
и бровь изогнута дугой,
и гибкий стан сулит блаженство.
В движении каждом – совершенство.
А губы манят и смеются.
Вокруг нее мужчины вьются.
И каждый хочет угодить,
ее до дома проводить
и благосклонности добиться,
ее любовью насладиться.
И звали девушку Дарина.
Была красива как картина.
И в том ничуть не сомневалась.
Собою часто любовалась.
И женихов она меняла.
И на любовь их отвечала,
но не любовью, только лаской.
И жизнь казалась доброй сказкой.
Но люди Дару осуждали
и жизни той не понимали.
И говорили, что порок
ее сознание завлек.
Быть может, это так и было.
Она ни разу не любила.
Лишь только страстью загоралась,
потом она ее пугалась,
без сожаления расставалась,
от чувств свободной оставалась.
А Ангел бился и старался,
к добру призвать ее пытался.
«Ты полюби!», – он ей внушал.
Но быстро силы он терял.
Она к мольбам его глуха.
Не видит девушка греха
в свободе мыслей и желаний.
Ей сладок мед чужих признаний.
Мужские слезы – ей награда.
И их вниманию Дара рада.
И Демон следовал за ней.
Ее забрать в свой мир теней
давно и прочно он решился.
Ведь Демон, кажется, влюбился…
Его привлек ее порок.
И он шагнул к ней на порог.
И что-то вдруг в груди забилось,
заныло и заколотилось.
А было ль сердце у него?
Да он и сам не знал того.
Но только что-то там сжималось.
Им страсть владела, но не жалость.
И он решил ее забрать.
На суд божественный отдать,
чтоб там судили ее строго,
и в ад открылась ей дорога.
Но как же быть, как поступить?
Как в мир теней ее сманить?
Невелики ее грехи,
а мысли вовсе не плохи.
Она дурного не желала,
лишь только страстью опьяняла.
И бродит Демон опечален,
любовью к Даре одурманен.
И встретил как-то он парнишку.
Своих стихов издал тот книжку,
все о любви и доброте,
о поклонении красоте.
Иван был молод и восторжен.
И в чувствах был неосторожен,
не искушен в любви, раним,
души порывами гоним.
И Демон тут же и решил,
в судьбу вмешаться поспешил.
И план был смел, но и коварен,
как все простое, гениален.
И надо только их свести,
дать чувствам нежным расцвести.
И Ваня Дарою пленится,
и сна, покоя он лишится.
Он перед ней не устоит
и в ее сети угодит.
И Дару страстно он полюбит,
а та в ответ его погубит.
Походкой легкой шла Дарина,
смотрясь в стеклянные витрины.
И загляделась, и споткнулась,
на парня с книжками наткнулась.
И книги выпали из рук.
Увидел девушку он вдруг.
Прекрасней раньше не встречал.
И о такой он лишь мечтал.
Глаза зеленые смеялись,
а губы нежно улыбались.
– Простите, я Вас напугал, -
и голос парня задрожал.
И сразу он заволновался
и засмущался, растерялся.
– Да что Вы! Я не испугалась!
В тот миг любовь его рождалась.
– Да что же Вы вот так стоите?
Свои Вы книги подберите.
– Ах, да, конечно, я забыл, -
с земли он книги подхватил.
– Я Вас прошу, не откажите!
Как Вас зовут, Вы мне скажите!
– Дарина, – Дара улыбалась.
Так их знакомство состоялось.
А Демон руки потирал,
предвидя гибельный финал.
И Ваня разум потерял.
Свои стихи ей посвящал,
в кино водил, цветы дарил.
И глаз с нее он не сводил.
И он томился и страдал.
Свою любовь таить устал.
И он решился, ей признался:
– Я без ума от Вас остался!
Дарина, ты – вся жизнь моя!
Люблю тебя навеки я!
Дарина слушала, молчала,
она давно об этом знала.
– Ну не молчи, надежду дай!
Могу надеяться на рай?
Или отказом в ад сошлешь?
«Да» или «нет» произнесешь?
Но та по-прежнему молчала.
Сняла с постели покрывало.
И к парню близко подошла,
и нежно за руку взяла.
В глазах горел огонь зеленый.
Иван без памяти влюбленный
вкус поцелуя ощутил.
Их вихрь страсти закружил.
Одной минутой ночь промчалась.
В окошко солнце постучалось.
И Дара стала холодна.
– Хочу остаться я одна.
А ты, Иван, иди домой.
Закрою дверь я за тобой.
– Но как же так? – он с толку сбит
и безразличием убит,
– Я думал, что любовь у нас, -
ловил он взгляд зеленых глаз,
но там огонь уже погас.
– Любой исполню твой приказ!
Скажи хоть слово! Не гони!
Надежду вновь не отними.
– Иди, Иван, я так устала.
Я ничего не обещала.
И перед ним раскрыла дверь.
И был израненный он зверь.
Шагнул он тихо за порог,
произнести всего лишь смог:
– Я позвоню? – Ну позвони.
– Я так люблю! – Ты извини.
Тебя обидеть не хотела.
Я поступила, как умела.
Щелчок замка, как выстрел в сердце.
И он не знает, куда деться.
Напиться, прыгнуть из окна?
А в мыслях только лишь она.
И ничего не помогает.
Любовь его не отпускает.
Не лечит время. Дни идут.
Его друзья не узнают.
Он похудел и помрачнел.
И без нее жить не сумел.
И он решился, позвонил:
– Привет. Прости, не разбудил?
– А, это ты… Привет, – сказала.
– тебя недавно вспоминала.
И сердце парня ожило.
И по душе лилось тепло
