Впрочем, зря хмыкала, в отличие от зализанного спортивного мобиля брата, у нее вполне нормальный по размерам экипаж, в который четверо легко поместятся.
– Ну тогда поехали! – поощрительно и слегка снисходительно кивнул Лиантеро. Как же он меня бесит своими замашками – это что-то!
Мы спустились на стоянку и расселись в мобиле подруги. Она и мерзкий граф спереди, а мы с Риарди на заднем сидении.
Но поездка наша как-то сразу не задалась. Точнее она проходила в неловком молчании, что было очень странно.
– А вот это отличный район, между прочим, – надоело тягостно молчать и я показала на симпатичный, утопающий в садах райончик, проплывающий за стеклом, привлекая внимания Джулиано. – На берегу реки, почти центр, удобные широкие дороги и до Академии рукой подать.
– М-да, неплохо. Но я решил присмотреться к дворянскому кварталу. Думаю, мне там по статусу недвижимость больше подойдет.
Так-то он прав, раньше аристократия только там селилась, но теперь это вовсе не обязательно. Кто победнее выбирал места попроще.
– Что, решил прикупить домик? – насмешливо спросил Лиантеро. – Ты вроде бы не собирался после увольнения из армии возвращаться к светской жизни.
– Передумал, – безразлично ответил Риарди.
– Переду-у-умал? – протянул тот.
– Предложили должность в Академии, и я не нашел причины для отказа.
– Значит, решил все-таки обосноваться тут? А как же графство?
– А что графство? Оно приносит неплохой доход. У меня хороший управляющий, в отличие от твоего.
– Это не твоего ума дело! – вспылил Лиантеро.
– Не моего, но ты сам поднял тему, – все так же безразлично ответил Джулиано.
О, чувствую, это будет незабываемый обед! Главное, чтобы никто не подавился собственным ядом.
Однако, кое-что было занимательное в словах Риарди, на что обратила внимание я и, надеюсь, Каролина тоже. Не знаю, зачем она всюду таскается с этим мерзким графом, это все еще задание или уже нет, но похоже, что у него финансовые проблемы. Плохой управляющий – это разоренное или просто-напросто обворованное хозяйство. И неизвестно, это было когда-то давно или сейчас все так же.
Если Лиантеро действительно нравится Каро, то это проблема. Маркиз Ла Прентеро никогда не отдаст свою дочь за неспособного вести хозяйство нищеброда.
Надо будет с ней позже поговорить на эту тему.
Тем временем, мы доехали до ресторана, у которого было довольно оживленно, даже несмотря на то, что он находится на отшибе, – обеденное время. Это излюбленное местечко для парочек, желающих поесть в приятной и романтичной обстановке, но и неплохое место для статусных деловых переговоров.
Все дело в том, что этот ресторан находился не у, а на скале, примерно на середине ее, на небольшом плато. Сам он был довольно строгим и пафосным внутри, но с террасы в любое время дня и ночи открывался прекрасный и очень романтичный вид.
– Маркиза Ла Пренетро, графиня Де Велрани, милорды, рады вас приветствовать в нашем заведении, – поклонился швейцар. Конечно, любой служащий знает наизусть всех постоянных посетителей, а тем более тех, у кого здесь выкуплены столики. – Прошу прощения маркиза, но бронь вашей семьи занята вашим братом.
– А наша? – спросила я.
– Ваша свободна, прошу, – швейцар передал нас под опеку симпатичной служащей, которая и проводила в небольшой кабинет, бронь за который оплачивал мой дед.
Жаль, конечно, что бронь Каро занята, у нее место удачнее, как раз на самом краю террасы, наше же немного дальше от обрыва. Дед, несмотря на умение пользоваться стихиями, высоту не любит. Хотя он в этом не признается никому и никогда, конечно.
Мужчины помогли нам с подругой сесть, расположились сами. Риарди здесь, похоже, бывал раньше, он ведь учился в столице, а вот Лиантеро с интересом осматривался и что-то в его поведении меня напрягало.
– Что ж, приступим, – Джулиано с легкой ухмылкой посмотрел на своего визави и открыл меню.
Это был интересный обед. Очень. Риарди подкалывал Лиантеро, тот не отставал. Я много узнала о времени их службы в армии. Они служили не вместе, но часто пересекались и сталкивались, причем лбами, если так можно выразиться.
Лиантеро был сильным стихийником из тех, у кого не было второго дара. И это его, судя по обмолвкам и намекам Джулиано, неслабо угнетало, и среди “детей лаборатории” было поводом для насмешек более удачливых товарищей.
Хотя я, честно говоря, не думаю, что дело было именно в этом. Взрослые самодостаточные люди обычно не самоутверждаются за счет окружающих. А вот сама личность графа, как мне кажется, может спровоцировать нечто подобное. Ну есть такие люди, на которых смотришь и думаешь, что их лицо аж просит кирпича.
Но тут надо сказать, что и Каролина не отставала, она пыталась задеть или подловить на слове то одного, то другого. Не совсем понимаю, чего она добивается, но мне это не нравится. А еще больше мне не нравится, что на меня совсем перестали обращать внимание.
– Простите, я отойду, – я положила салфетку на стол и поднялась.
– Все в порядке? – обеспокоился Риарди. Надо же, он вспомнил, что тут не один!
