Я кусала губы. Значит, завтра я увижу «старика», месье Петера и фаворитов? Не то чтобы я радовалась этому факту, но возможно я смогу упросить их взять под защиту «Гнездо»? Ведь в письме виконта была еще одна строчка, которую я не успела дочитать вслух:
«…даже в Париссе могут быть их агенты. Будь осторожна, Эвон, ведь родинка на щеке в нашем роду, есть только у тебя. Не знаю, почему спанцы считают, что ты — юноша, но постарайся быть еще более тихой и незаметной»
Родинка на щеке, крошечная и едва различимая, на мой взгляд, действительно у меня была. Но почему ищут мужчину?
Я мысленно представила тот день… закрыла глаза, вспоминая ощущения и чувства. Как вырисовывала своих васконцев, представляя всех и каждого. Смешливых, горячих юнцов, сосредоточенных вояк в шрамах, даже себя, словно преображенную в пажа-оруженосца, держащего флаг с гербом моего рода. Барсук угрожающе щерился с ткани, обещая нелегкую битву всем, кто пойдет против него.
Вот оно! Я была оруженосцем! И спанцы искали пажа из рода де Сагон!
Открыла глаза и посмотрела на взволнованных девчонок. Армель радовалась возможной встрече с дофином, Аврора несколько смущенно показывала записку, которую принесли с утра. Девочки уже забыли о моем письме. Что же, так правильно.
А я… я просто обязана защитить подруг, ведь это же я втянула их в такую ситуацию!
_________________________
*«Мои мысли всегда с тобою» — наполовину открыть веер и провести им несколько раз по лбу.
**Фактически в нашей истории мужские и женские веера отличаются разве что более сдержанными цветами, но для мира Эвон пришлось придумать различие.
Завтрак я тоже малодушно пропустила, изобразив приступ слабости. Тем более что баронесса, которая считала, что мне может быть до сих пор плохо, озаботилась вопросом пропитания, и с полчаса назад к нам в комнаты принесли корзинку с провизией. И хотя Армель пыталась было возмутиться (ну как же, за приемом пищи можно подслушать, что говорят интересного, особенно про Лу и дофина, а с моей легкой руки мы пропускали уже второй день), Аврора весьма жестко оборвала причитания подруги:
— Эвон плохо! Она второй раз на грани истощения! Как ты можешь думать только о себе, Армель?!
Я, полулежа на диване, обмахивалась веером, которым прикрывала румянец стыда на щеках. В принципе я была согласна с баронессой — как могла Армель пренебрегать моим состоянием? Все-таки любовь меняет человека и мне кажется, что не в лучшую сторону!
Маркиза виновато на меня посмотрела и села рядом.
— Прости меня, Эвон, но когда я слышу, что Лу говорит «мой возлюбленный принц», меня всю трясет.
— Так не слушай, — искренне посоветовала подруге.
Действительно, зачем мучить себя?!
— Как будто это так просто! — Вспылила Армель, но покосившись на Аврору, которая накрывала на стол нехитрый завтрак (тыквенный сок и каша), понизила голос до шепота, — меня как будто что-то заставляет всюду искать упоминания о дофине. Мне необходимо слышать, читать, говорить о нем. Я выгляжу глупо, да?
Я открыла было рот, чтобы честно ответить маркизе, но меня прервало фееричное появление Полин.
Девушка, нисколько не церемонясь, проигнорировав все правила приличия — такие как стук и ожидание ответа, влетела в комнату.
— С вами все в порядке? Эвон, почему ты лежишь? Ты тоже упала?
— Плохо себя чувствую, — несколько обескуражено ответила, — почему тоже?
Полин, тщательно закрыв за собой дверь и прислушавшись к происходящему в коридоре, подошла к столу и налила себе сока. Была Полин раскрасневшаяся и запыхавшаяся, словно бежала. Мы нашим трио недоуменно переглянулись.
Я даже села — изображать умирающую лебедь было не с руки, слишком любопытно.
— Лу! — выдохнула Полин и сделала большой глоток сока, — Лу упала только что. С лестницы.
Мы дружно ахнули. Случайно ли упала Луиза? Мне верилось в это мало. Я с тревогой покосилась на маркизу. И как должна сейчас чувствовать Армель? Я могла только догадываться, но думаю вряд ли счастливой: подруга же понимала, что если это какая-то запланированная диверсия, то на месте Лу должна была быть она — настоящая невеста дофина. И то что маркиза сейчас жива и здорова — заслуга только Лу.
— Подробности, Полин! Подробности! — затеребила девушку Армель, — с ней все в порядке?
Да, мы недолюбливали Луизу, но зла ей не хотел никто, чтобы не говорили мы в запале. Это ужасно, когда ты оказываешься виновником чужого несчастья.
— Как это произошло? — тихо спросила Аврора, вздрагивая всем телом. Видимо и она представила на месте Лу совсем другую девушку.
— Дайте мгновение отдышаться! — умоляюще прошептала Полин, — я бежала сначала за пажом и лекарем, а потом к вам! Едва сама не упала посреди коридора.
Я могла бы возразить, что за то время что Полин рассказывала нам куда бегала, она вполне могла ограничиться коротеньким: «Лу жива» и мы бы разом успокоились, а пока только и могли переглядываться с подругами, придумывая разные ужасы.
Девушка почти залпом выпила стакан, но никто из нас не упрекнул ее в неаристократических манерах, хотя повтори Полин подобное на уроке по этикету…
