Дофин сжал зубы. Это был удар ниже пояса. Только глупец считает свою жизнь ценнее остальных, а Луи глупцом не был. И видел ужас надвигающегося на Франкию бедства там, на границе, когда все войско Спании пришло в движение. Страх парализовывал и лишь остатки гордости мешали некому трусливому существу внутри себя развернуться и бежать.
— Нет.
— Думаешь, я не знаю, что каждой в академии ты старался предоставить выбор? Кто тебе разрешил?
— Возможно, я искалечу чуть меньше судеб, чем Вы, — огрызнулся дофин, начиная терять терпение, — мне претит то, чем приходится заниматься, как бы я не хорохорился перед друзьями. Вот Жану гораздо больше бы подошла роль будущего монарха.
— Что значат судьбы этих девчонок против жизни тысяч франкийцев? Одна, даже не жизнь, против сотен стариков и детей?! Народ верит тебе, Луи. Верит своему будущему монарху! Смена линии для нас недопустима, ты знаешь это и сам. Артефакт никогда не откликнется на Жана, только на его дитя!
— Один артефакт взаимодействует с другим артефактом. Как интересно!
— Ты — человек!
— Нет, Ваше Величество. И вы и я, всего лишь механизмы для запуска купола.
— Уходи! Немедленно!
— Как будет угодно, Ваше Величество.
Когда дверь за мальчишкой закрылась, король Франкии устало прикрыл глаза. Этот разговор дался так же тяжело как и все предыдущие. Пожалуй, де Грамон, старый друг, сыграл с ним плохую шутку, вложив в голову дофина слишком много чепухи о чести. Было бы гораздо проще, окажись Луи-Батист несколько циничнее, хотя бы как… Жан. Мысль о втором сыне вызвала прилив гордости в мужчине. Вот уж точно хитрый и умный политик.
Возможно-таки стоило тогда устроить несчастный случай на границе со степью? Но кто бы тогда сейчас искал девицу? Почувствовать нужную кровь мог только древний артефакт. А управлять реликвией — старший сын.
Древнее заклятье, ставшее спасением для Франкии, оказалось настоящим проклятьем для королевской семьи. И каждые двадцать выторгованных лет мира, забирали у монарших семей самое дорогое: у девушки дар, вместе с которым в душе словно вырезали кусок, а у мужчины — выбор, даже, как казалось порой, право называться человеком.
«И вы и я, всего лишь механизмы для запуска купола…»
Даже если это действительно так, Луи отказывался признавать себя «живым артефактом», как писалось в древних фалиантах.
Настроение монарха было испорчено. И как всегда — виной всему старший отпрыск! Пожалуй, стоит навестить фаворитку. О да! Луиза* всегда умела отвлечь его от тяжких дум.
Опустив ресницы, оглядела юношей в комнате. И можете поверить, это было не просто: сидя на первой парте не так уж просто рассмотреть всех, так чтобы моего безделья не заметил учитель, а так же присутствующие в классе. Впрочем, у меня был богатый опыт из прошлой академии — не все уроки были интересными. Нельзя сказать, что данный конкретный факультатив был скучным, но… у меня была определенная цель!
С тех пор как мы с подругами перевелись в столицу, Армель и Аврора просто не замолкая твердили о своих женихах. И если Аврора упоминала графа для поддержания беседы, то Армель не могла и шагу ступить, чтобы не прощебетать о том какой Его Высочество прекрасный. На мои же возмущения и попытки вернуть разговор к действительно интересным вещам (например редким журналам с дополнительными главам Мелюзины или, о чудо, потрясающих пирожных в столовой, которых было так мало, что их разбирали в первую очередь), маркиза внезапно заявила, что мне просто их не понять! Это мне то!
«Ты никогда не любила, Эвон! Ах, если бы только это чувство коснулось тебя своей рукой!»
Это я не любила?! И это притом, что я доверила Армель тайну исчезнувшего в озере кувшина! До сих пор поверить не могу, что маркиза так сказала.
Уж я покажу ей, что я тоже могу вздыхать по… мужчине! И так как надо мной больше не тяготела судьба «Гнезда», я решила, что можно и влюбиться, естественно в самого достойного, а не только богатого. Я же теперь и сама весьма состоятельная девушка: Его Величество не только выплатил мне награду, но и потребовал от рода де Понмасье выдать приданое матери! Думаю, бабушка не была рада лишиться приличной суммы денег и даже земель, но расположение короля стоило куда дороже.
Осталась самая малость: выбрать объект влюбленности, такие дела нельзя пускать на самотек! А то вдруг глупое сердце выберет подлеца. Если верить романам, многие девушки этим грешат, ведь чувствам не прикажешь! Глупое утверждение! Я вот, наверняка, смогу влюбиться в самого лучшего! Разве это сложно?
Вздохнула. Только где такого найти?
Может быть Этьен? А что, весьма перспективный молодой маг и красивый. Его часто хвалит на занятиях учителя, да и дедушке бы он понравился. Или Рул? Он мне помог позавчера — донес тяжелые книги из библиотеки. Это ли не поступок настоящего мужчины? А еще есть Ансельм: маркиз весьма недурен собой, хотя внешний вид и не главное — дедушка советовал выбирать хваткого, честного и сильного. И мне кажется…
— Мадемуазель Эвон!
Испуганно вздрогнула и подняла глаза на месье Жерома — нашего учителя.
