— Потому что в западное крыло через эту галерею давно никто не ходит, а, значит, нас никто и не подслушает, — парировал второй голос. — А с чего такой интерес к этой иллюзионистке?
Услышав незнакомые голоса в коридоре, я вздрогнула. Удивительным было не только то, что кто-то решил встретиться в заброшенном переходе, но и содержание разговора. Много ли в академии васконок-иллюзионисток? Сдается мне, что я единственная. Обычно мои соотечественники небогаты, а потому обучение могли потянуть немногие и золото уж точно выложили бы ради девушки, которой не так уж нужна корочка столичной академии.
Я застыла, боясь шуршанием ткани выдать свое местоположение.
— Не твоего ума дела, — огрызнулся первый говорящий. — Я плачу тебе за информацию, а не за вопросы.
— Ха! Платишь! Давненько я не видал золота у себя в кошельке, — возразил второй незнакомец. — Ни за прошлую девчонку, ни за эту я пока не получил ни монетки.
— Ты забываешь, что невеста дофина не свернула себе шею, как мы договаривались!
Я закрыла ладонью рот и даже закусила губу для верности, чтобы не вскрикнуть. Так и знала, что падение Луизы было подстроено!
— Это случайность, что она столь удачно упала! И что ее соседка так быстро нашла ее! — Начал отпираться «второй».
— Надеюсь, с текущим делом ты справился.
— В лучшем виде: мои люди добавили во все графины с водой специальное зелье, которое должно было усилить ментальный дар любого, кто находился в комнате. Если бы у вашей иллюзонистки были те самые способности, на которые вы намекали, половина менталистов свалилась едва ли не замертво. Однако большая часть студентов даже не почувствовала недомогания, а те кому стало плохо… думаю дело в их личностном даре. Впрочем, девочку мы хорошенько «прочитали», на всякий случай.
— И?
— Пусто, мой менталист долго плевался от очередной дурочки. В голове у этой де Сагон только мысли о будущей свадьбе, красавчике-старшекурснике и прочей девчачьей чуши. Ничего и близкого к сражению под Лангеном или дофину. Я думаю, она не тот человек. Да и ее дар усилился незначительно. Это точно не она.
Ой! Получается, тот же месье Жак пострадал не только потому, что мне было весело, но и оттого, что какое-то зелье усилило его собственные способности чувствовать других? А я? У меня нет никакого дара, чтобы его можно было усилить, но злоумышленники надеялись на другое? Могли ли они решить, что васконец с родинкой на щеке — ментальный маг?
Прав был месье де Грамон относительно шпионов в академии, хотя его подарок мне не помог, но вот совет влюбиться — очень даже. Конечно, мои чувства к месье Отису появились не по приказу «старика», но, похоже, весьма своевременно. Страшно представить, что бы было, если бы я хоть на минутку вспомнила о «Цепном псе» и бое посреди бала!
— А остальные?
— А эти… — протянул «второй», — из мыслей только что их расчудесная подруга бухнется в обморок. Никакого интереса для нашего дела.
— А теперь подумай своей головой, пять девиц приезжают в столичную академию, три из них являются гипотетическими невестами дофина и фаворитов, а значат и лучами звезды, а две… просто случайные девчонки? Не верится мне в это.
Я нахмурилась, о каких лучах говорит незнакомец?
— Так Сагонам вернули приданное Наваррских. Старые хрычи были не рады, что денежки и земли утекли из рук, но король…
— Вот-вот… с чего такая щедрость, тебе не кажется это странным? Пять девчонок, пять фаворитов дофина, пять лучей. Может невеста дофина вообще не в академии?
— С чего бы им прятать невест фаворитов? Разве не логичнее предположить, что безымянной оставили бы будущую королеву?
— Каждая якобы спрятанная девчонка, это их шанс. Конечно остальные лучи менее важны, чем сердце, но без них особо не проведешь ритуал.
— Может невесту для Луи вообще не нашли?
— Нееет… — протянул первый мужчина, — тогда дофин рыл бы носом землю, но нужную кандидатку отыскал, от этого же слишком много зависит в их глупой стране.
— Э! — Возмутился его собеседник, — Франкия и моя родина!
— Которую ты успешно продаешь за сотню золотых.
Где-то в коридоре потрясли мешочком с деньгами.
— За целую сотню, прошу заметить! И не один раз! Так думаешь будущая королева кто-то еще?
— И не исключено, что она осталась в лангенской академии.
Мужчины помолчали.
— А с этими что делать? — тихо спросил «второй».
— Убить, но желательно поближе к свадьбе, чтобы у них не осталось времени найти замену.
— Или просто обесчестить, как на первом испытании?
Я едва не выдала себя вскриком. То что прозвучало, просто ужасно! И… я вспомнила подслушанный в Лангене разговор дофина и фаворитов. Так вот что имелось ввиду! Но для чего этим странным мужчинам мешать свадьбе? Разве есть что-то плохое, в том, что пройдет церемония?
— И они найдут другую дурочку или пойдут по иному пути: прикончат девчонок на алтаре, выторговав себе год. Кровь она и есть кровь, первая или последняя, не так уж важно. Лучше уж пусть остаются нетронутыми.
— Неужели тебе жалко этих малолеток?
