Волосы цвета пепла струились по ткани балахона к самым ногам, и в них нестерпимо хотелось запустить пальцы. Су поднялся, с восторгом и ужасом разглядывая Дьявола, стоящего перед ним. Витые тяжелые рога венчали голову короной, острые уши, клыки, длинные когти и полностью черные глаза делали его облик хищным. За спиной были развернуты черные перистые крылья, а длинный хвост нетерпеливо постукивал по полу. Губы Люцифера тронула ухмылка:
- Любуешься?
- Да, - и вот теперь Кенсу и словом не соврал. – Но почему ты… Глаза…
- Я могу быть любым, каким ты захочешь. Но, думается мне, представитель твоей расы будет тебе ближе.
- Красивый… Я видел тебя раньше, - прошептал Су, против воли подаваясь к Люциферу и касаясь кончиками пальцев сухой горячей кожи.
- Да. Тысячи миров были для нас домом, - его голос был хриплым, зовущим, и Су так хотелось податься к мужчине, прижаться и оказаться окутанным его крыльями. И плевать, что это Дьявол. Он хотел забыться в нем!.. – Ты даже пахнешь также.
- А ты?.. – омега подошел непозволительно близко и, не осознавая, что делает, провел носом по шее мужчины, тут же со стоном отшатываясь и падая на колени. Слишком резко. Слишком сильно. Властно, тягуче, желанно… Кенсу чувствовал, как сердце колотится, а бедра мокрые, словно в течку, и он готов отыметь себя столбиком кровати, а лучше вот этим самым Люцифером. Но остатки разума, вопящие что есть мочи, заставили его закрыть рот и нос ладонью и попытаться прийти в себя. – Черт, это слишком!
- Я – Люцифер, - кажется, «жених» был доволен произведенным эффектом. – Иначе и быть не может.
- Ты задница самоуверенная, - фыркнул Су.
- Не забывайся, ты пока еще не мой!
- А что, если буду твоим, то смогу тебя поносить по-всякому? Если так, то, пожалуйста! – вспылил Кенсу, но лишь потом осознал, что выпалил. Он вскочил и выставил вперед руки, пытаясь остановить Люцифера, но куда человечишке против Дьявола-то? – Стоп! Это я не подумал!
- Поздно! – хвост Дьявола оказался на удивление ловким. Он перехватил омегу за талию и притянул его к своему хозяину. – Ты согласился стать моим супругом.
Пытаясь хоть как-то остановить нападки, Су невольно начал бормотать молитву, слова которой всплывали в воспоминаниях, и Люцифер зарычал – его кожа стала покрываться ожогами, словно гореть изнутри. Он схватил Су за шею, приподнимая над полом:
- Как ты не понимаешь?! Ты – мой!
- Я не пойду с тобой в Ад! Тут моя жизнь! – прохрипел парень, чувствуя, как когти впиваются в кожу. – Мне больно. Мне больно… Чанель…
И тут же словно и не было ничего.
Дрожа, мужчина поставил Кенсу на пол и схватил его за плечи.
- Повтори, как ты меня назвал!
- Ча… Чанель? – прохрипел Кенсу. – Откуда… это имя?
- Так звали монаха, в которого я вселился в одной из прошлых жизней, - голос Люцифера был взбудораженным, а еще он улыбался. Не ухмылялся и не растягивал губы в ядовитой усмешке. Это было ближе всего к тому, что люди обычно называют искренней улыбкой. – Это его лицо, его тело… Ты помнишь! Ты помнишь меня!..
- Чанель? Я… Могу звать тебя так?
- Да. Можешь. Можешь, Кенсу! Черт возьми, ты и правда помнишь!
- Больно, - Су прикоснулся к липкой от крови шеи, и тут внезапно Чанель наклонился, проводя языком по царапинам, оставленным им. Су чувствовал, как они заживают, но дрожал не от этого. Удовольствие внезапно вскружило ему голову, и он грустно рассмеялся, принимая то, что происходило. – Не забирай меня. Дай мне пожить в этом мире, хорошо? После смерти я буду только лишь твоим. Я обещаю.
- Хорошо, Кенсу, - глаза Чанеля были шоколадными, с золотыми искрами в глубине. И это было красиво. Су рассматривал их, ловил взглядом, словно светлячков в ночи, а потом внезапно задрожал от боли, что сковала его руки, и невольно прокусил до крови губу, тут же чувствуя, как глаза становятся влажными.
Дьявол наклонился к нему вновь, собирая алые капли кончиком языка.
- Договор заключен, супруг мой.
Когда Кенсу опустил глаза, он увидел, что его запястья украшают витые, изящные татуировки, которые, казалось, жили сами по себе, реагировали на Чанеля – горели, расцветали лепестками, тянулись к нему.
До Кенсу получил в подарок от Люцифера личные оковы.
В виде обручальных браслетов.
========== Глава вторая, или Кажется, я все-таки влип. ==========
Из пучины сна, такой тягучей и притягательной для Кенсу, его вырвал разрывающийся от звонка мобильный телефон. Впрочем, такое пробуждение было не то, чтобы необычным для него – «больной ублюдок» Бен Бэкхен обожал, как бы невзначай будить друга в любое время, да хоть в четыре утра, и самым невинным голосом спрашивать: «Ты не спишь?». В такие моменты До обычно представлял, как он сбрасывает Бэка с моста в реку к голодным пираньям, которые получили дозу радиации и выросли до необыкновенных размеров, и они не съедают его разом, а относят в подводное царство, которым управляют пришельцы, обожающие ставить на людях анальные опыты. От таких фантазий Су определенно становилось лучше. А потому и в то утро он принял вызов, прошипев в телефон:
