- Понятно. - Изабелла кивнула. - Ответьте мне на один вопрос, Доминик: сколько вы были знакомы с моим братом, прежде чем вышли за него замуж? Доминик покраснела.
- Очень недолго.
- Значит, это было увлечение с первого взгляда?
. - Можно было бы так сказать, - осторожно ответила Доминик.
- Поэтому вы, наверное, мало узнали друг о друге, о делах друг друга, прежде чем поженились.
- Да, это так.
- А что вы действительно знаете о Винсенте? Вы знаете о его происхождении?
Доминик смотрела на нее с удивлением.
- Нет. Я не знаю ничего - абсолютно ничего. Ах, это нелегко объяснить.., наверное, вам это покажется совершенным безумием, но.., слова казались лишними. Тогда они были не нужны. А потом... - Она вздохнула. - У нас не было времени. Я знаю только то, что сказал мне Сальвадор. Вы расскажете мне о Винсенте? Вы скажете мне, как он стал таким? Когда я приехала сюда, он очень бурно реагировал на мои слова о бедности некоторых людей здесь и позже сказал что-то о том, что не всегда знал такую жизнь, как сейчас. Я его не поняла, а он не захотел объяснить. Может, объясните вы?
Изабелла встала и, подойдя к окну, в печальной задумчивости всмотрелась вдаль. Потом она обернулась к Доминик и улыбнулась.
- Я расскажу вам немного, - тихо продолжила она. - Я расскажу вам то, что, по-моему, вы должны знать.
- Да? - Доминик ждала.
- Да. - Изабелла вздохнула. - Начнем с того, что мы с Винсенте.., как бы это выразиться? - не единственные дети. То есть у нас есть братья и сестры, но мы не знакомы с ними.
Доминик изумленно уставилась на нее.
- Как это? Изабелла пожала плечами.
- Наши родители были очень бедны. Кажется, нас было девять. Но нашим родителям не хватало денег, и мы бродили по улицам, как те дети, которых вы видели в фавеллах, понимаете?
- Да.
- Я вижу, вы не знаете, что это значит - быть бедными. Поверьте мне, я не хочу говорить свысока, но тот, кто не испытал этого на себе, не может понять, как это глубоко и бесконечно унизительно: не иметь обуви и одежды и даже гребешка, чтобы расчесать волосы. Мы были худы и оборваны, но мы были вместе, мы с Винсенте. Он был намного старше меня, конечно, и намного умнее, я уверена. - Она улыбнулась. - Однажды в фавелле появился человек. Это был бизнесмен. Мой отец работал в одной из его компаний и украл какие-то деньги. Человек угрожал вызвать полицию. Мой отец молил и унижался, он сказал, что ему надо кормить большую семью и что мы умрем с голоду, если его посадят в тюрьму.
Слова эти звучали горько. Доминик поняла, что отец был не слишком правдив в оценке своей роли по отношению к остальным членам семьи.
- По крайней мере, - продолжала Изабелла, - видно, у человека этого было доброе сердце: он посмотрел на нас и улыбнулся. Это была прекрасная улыбка, и Винсенте улыбнулся ему в ответ. Я была слишком испугана и могла только прятаться за спину Винсенте. Человек подошел к Винсенте и спросил моего отца, как его зовут. Мой отец сказал, что это - его старший сын. Это была не правда, но мой отец решил, что тому человеку покажется, что старший сын - это более важно, что потеря отца более серьезна. Мы не знали, что он задумал. Только позже мы узнали, что у этого человека, сеньора Сантоса, жена не могла иметь детей. Сеньор Сантос захотел усыновить Винсенте. Были заплачены деньги, мой отец был человеком жадным. К сожалению, Винсенте отказался идти без меня. Я говорю "к сожалению", потому что я, кажется, доставляла брату одни только неприятности. - Она снова вздохнула.
Доминик начала кое-что понимать.
- Сколько.., сколько лет было тогда Винсенте? - спросила она.
- Ему было одиннадцать, а мне - три. Это было уже двадцать лет тому назад. Доминик тряхнула головой.
- Вы когда-нибудь видели потом своих настоящих родителей?
Изабелла покачала головой.
- Они переехали - мы не знали, куда. А теперь, полагаю, они уже умерли.
Она говорила совершенно бесстрастно, и Доминик посмотрела на нее с изумлением.
- Вы ничего не чувствуете по отношению к ним - даже к вашей матери? воскликнула она.
Изабелла пожала плечами.
- Моя мать во всем слушалась отца. И, по-моему, у нее было столько детей, что она рада была, что нас забирают.
- Но это ужасно!
- Это жизнь, Доминик.
- Это.., это поэтому Винсенте так ожесточен?
- Отчасти, наверное. По крайней мере это в какой-то степени объясняет его взгляды - возможно, неверные.
- Понимаю, - кивнула Доминик. - А его жена?
- Валентина?
- Да. Он любил ее? Изабелла покачала головой.
