— Ещё и гробокопательница! — совсем тоненько взвизгнула тётка. Наверное, Даррен на неё нехорошо посмотрел, потому что на этом она не остановилась. — Ты вообще больше не хозяин! Это Бриен — хозяин! Но он был похоронен! Так что новый хозяин кто-то из нас!
— Тридцать три дня, — ответил Даррен. Похоже, он был готов к этому, а я чуть не застонала от досады. Точно же! Признанный мёртвым — а похороненный им явно признан, не мог вернуть всё своё имущество и права. За это время можно по кирпичику вынести всё! — Но знаешь что, дорогая Кристанс? Когда вы все съехались сюда словно стая голодных упырей, я потребовал у Бриена написать завещание. Просто на всякий случай!
Последнее он рявкнул так, что я непроизвольно дёрнулась. Кажется, никто не заметил. Вообще, Даррен понравился бы моей семьёй, наверное. Вместо того чтобы обезопасить остолопа, он сделал всё, чтобы отомстить за него.
— Не мог отказать умному старшему брату, да ещё в такой мелочи, — подтвердил Бриен.
— Завещание⁈ — снова взвизгнула тётка и, если судить по хлопнувшей двери, умчалась делиться новостью с другими.
— Точно, теперь всё принадлежит тебе, — голос Бриена, только что потерявшего всё, был на удивление спокоен. Может, я и ошибалась в нём? Я и то тяжелее восприняла необходимость всего добиваться своим трудом.
— На тридцать три дня, — я услышала смешок Даррена. — Бриен, потом обсудим наших родственников. Лучше поясни теперь, когда эта клуша сбежала, зачем ты притащил сюда Белку с её лопатой.
— Ну… ты же сам сказал, — голос Бриена стал заискивающим. — Ближайшая комната…
— Я не про комнату, хотя лопате явно не место в кровати, — прервал его Бриен. — Я про наш дом. Ты же понимал, что тут опасно, раз тебя пытались убить? И вместо того, чтобы обезопасить доверившуюся тебе девушку, да ещё и спасительницу, бросаешь на съедение этим драконам!
Я который раз передумала «приходить в себя» и вообще почувствовала себя почти что принцессой, которая полумёртвой лежит и ждёт, когда её поцелует принц. Я бы не отказалась сейчас от поцелуя, причём неважно кого из них. Потому что, если меня поцелует Даррен, это будет похлеще поцелуя упыря. И примерно так же оценится моими подругами.
— Ты сам себя слышишь? — буркнул явно разобиженный Бриен. — Я только выкарабкался из могилы, а рядом грязная ведьма с лопатой и с размаху укладывает упыря! Я же не знал, что ты уже приехал, я просто хотел жить!
Кажется, он всхлипнул. Я приоткрыла один глаз и увидела до отвращения милую картинку, как Даррен похлопывает по плечу своего брата.
Если бы я села сейчас, я бы, конечно, нарушила их личные границы, но зато моя тайна была бы сохранена. Знала ведь я, что щепетильность меня однажды погубит, но почему-то видела это иначе. Где-нибудь на кладбище, когда я застесняюсь снести голову какому-нибудь дедку, потому что у него будет аккуратный наряд священника, или мордой он напомнит знакомого. В общем, свою погибель я видела однозначно в бою. Некроманты первую часть своего существования редко доводят до старости. Чтоб ещё после него ходить долго, а не скрипеть высохшим артритом.
В общем, я скромно ждала, когда они наобнимаются, эти непонятные семейные отношения, как Бриен вдруг произнёс:
— И вообще, чей бы дракон чихал! Я не уверен, что ей стоит кого-то опасаться, а вот нам всем — да!
— Белка безвредная, — попытался успокоить его Даррен. — Дура, конечно, зато безобидная. Клептоманка, но при этом бескорыстная. Даже за эльфийского принца выходить не стала, а он ведь предлагал. Дважды!
Тут я всё ещё могла спасти репутацию, но страшно хотелось узнать, откуда Даррену известно про принца! И про дважды! Мы с подругами не сплетничали об этом, Викуэль тем более.
Так что я снова промолчала, как есть дурочка.
— Безвредная? — хохотнул Бриен. — Ты серьёзно, Даррен? Я думал, в вашем университете преподают хоть какие-то полезные для реальной жизни вещи. Историю, например.
— История у нас есть, — судя по тону, Даррен насторожился. Я тоже заподозрила неладное и снова открыла глаз, а потом второй. Но вот сразу сесть с непривычки после лежания в одной позе не удалось.
— Тогда почему ты считаешь совершенно безвредной Иссабелию Астаросскую?
Вот тут я села, но Даррен уже не обратил на меня никакого внимания. Всё оно было приковано к брату.
— П-подожди! — лучший ученик Звояра начал немного заикаться. — С чего ты решил, что она… её отец… нет, п-подожди! И её мать!
На колени ко мне прыгнул мой мёртвый питомец, о котором я успела забыть. Он утробно, с присвистом сквозь открытые рёбра замурчал. Восхитительно! Не безмолвное умертвие!
Впрочем, не стоило радоваться. Братья Гастионы повернулись ко мне.
Бриен с затаённым восторгом и ужасом, и Даррен — просто с ужасом. Чтоб бесы взяли моего жениха! Три года мне удавалось держать в тайне свою фамилию и никак, никак не ассоциироваться со своей семьёй. И на тебе! Всё моему мёртвому котику под хвост.
Я погладила рыжего. С непривычки пальцы пару раз застревали между рёбрами, а так здорово. Мягонький. Мой.
— Белка, — тихо произнёс Даррен. — Это правда?
Хоть заикаться перестал и то хорошо.
