— Попросите, пожалуйста, Алевтину выйти ко мне хоть на минуточку, — сказал он, обратившись к тете Маше.
— Пригласить Алевтину я не могу, даже если бы хотела. Ее дома нет, — наморщив лоб, ответила старушка.
— Как это нет? А где она? Тетушки многозначительно переглянулись, а потом с жалостью уставились на гостя.
— Игорь, нам очень жаль… Но мы думали, что она тебе звонила, прежде чем собрать чемоданы.
— О чем вы говорите? Какие чемоданы? — прохрипел Игорь. Несколько секунд он пытался откашляться, потому что в горле пересохло.
— Понимаешь, дорогой, тут такая ситуация… Дарья подвернула ногу, и в данный момент нам не до путешествий. Не пропадать же билетам. Вот мы и отдали один билет Алечке. Ей надо немного успокоиться, привести в порядок нервную систему. Столько волнений было в последнее время… Отдохнет, а потом можно и переезжать на другое место жительства.
Переезжать? И куда она собралась переезжать, не сказав ему ни слова об этом? А еще говорила, что любит его…
Голова Игоря стала тяжелой, словно кто-то невидимый сжал ее железным обручем. Уехала… Он не должен был ее отпустить! Ему хотелось кричать от бессилия.
Я же ее люблю! Люблю…
— Мальчик мой, что-то ты побледнел… Тебе плохо? — забеспокоилась тетя Маша.
Что теперь делать, он не знал. Ноги стали ватными, и он опустился на стул, схватившись за голову.
— Спасибо. Все нормально, — просто необходимо побыстрее прийти в себя и подумать, что еще можно предпринять.
“Я же так люблю ее. Пусть она только вернется, потому что я очень хочу видеть ее каждый день рядом. И пусть у нас будет куча детишек. И семья…” — он тихо застонал, поняв, наконец-то, чего лишился из-за своих принципов.
Да не нужна ему никакая свобода! Сам виноват. Не предложил Алевтине самое главное: свою руку и сердце.
И что теперь поезд ушел? Он же хорошо слышал, как она во сне сказала, что любит. Во сне…
А наяву? Может, и не любит вовсе.
— Она оставила тебе письмо, — сквозь мысли пробился голос тети Маши. — велела вручить его в понедельник, но раз ты уже здесь, то читай.
Игорь не просто выхватил, а вырвал этот конверт из рук женщины.
Игорь заскрежетал зубами.
Пальцы на руках стали деревянными. Игорь сидел, вжавшись в кресло, куда молча рухнул после чтения письма.
— Игорь, что-то не так? — участливо поинтересовалась тетя Даша.
— Когда она уехала?
— Из дома она вышла три часа назад, — сказала женщина, взглянув на маленькие золотые часики на своей руке. — думаю, что она уже в аэропорту, потому что вылет через пятнадцать минут.
Ему уже ни за что не успеть…
— А как с ней можно связаться? — он не желал терять надежду.
— Скорее всего никак. Она почему-то оставила или забыла свой мобильник дома. Но мы, наверняка, можем сказать, во сколько ее теплоход отправляется из города N, если заглянем в оставшийся билет. Нужно сдать его в туристическую компанию, Маша, — сказала Дарья сестре.
— Нет, постойте! Дайте этот билет мне! Умоляю! — он выхватил его из рук женщины и прокричал: — прошу не отправляйте Алины вещи.
— Но Игорь… Ладно, у тебя есть два дня. — Игорь развернулся и расцеловал тетушек в обе щеки.
— Спасибо!
Женщины с недоумением смотрели несколько минут на закрывшуюся за мужчиной дверь.
Затем Мария встала со своего места и направилась на кухню, где из холодильника вытащила припасенную заранее бутылку с шампанского. Раздался громкий хлопок, и пробка ударилась в потолок.
Тетя Даша отбросила палку в сторону, и обе тетушки вскочили и заплясали от счастья джигу. Их план удался…
Что за молодежь нынче пошла? Ко всему их надо подталкивать.
Небо над рекой было лазурно-голубым. В открытое окно каюты легкий ветерок доносил запах речной прохлады. С нижней палубы слышны были крики детей и зажигательная музыка. Это был не просто теплоход, как выразилась одна из тетушек, это был настоящий речной лайнер. Огромный, сияющий белизной, он был воплощением мечты Алевтины.
