— Александр, — послышался голос Константина на том конце провода. Причём отчётливо были слышны помехи и какой-то шум.
— Константин Петрович! Давно не встречались и не общались.
— Учитывая повод, по которому я звоню, могли бы ещё столько же не общаться. Что ты уже успел натворить в Норильске, что я с дочкой прямо сейчас летим туда к тебе?
Здрасьте. Вроде только завтра должны были сюда прилететь. Но видимо в Москве уже знают, что в Норильске неспокойно и выслали мне помощь побыстрее. Это даже хорошо. У Романовых вроде как должна быть ценная информация, которая должна была помочь в поисках Разумовского. Сейчас это крайне актуально.
— Да я-то как раз ничего не делал. Это вон, нехорошие люди пытались убить меня. Из РПГ стреляли, номер мне весь разрушили, вещей лишили. Я тут максимум лишь порядок навожу.
— Ага. Поэтому нам сигнализируют, что ты там чуть ли не всю власть под себя подминаешь. А ещё недавно зафиксировали магическое возмущение такой силы, что его даже в столице ощутили. Ты там половину городу успел разрушить?
— А вот это уже поклёп и беспочвенные обвинения! Ничего тут не разрушено и даже никто не убит. Хотя кое-кого я бы прикончил, не спорю. Только этих людей ещё найти надо, а мы тут сидим у разбитого корыта.
— Хорошо, подробнее расскажешь, когда мы прибудем в город. Тогда же и обсудим что будем делать дальше. Постарайся не уничтожить город в течении следующих пары часов, хорошо?…
…Встречал я Романовых и прибывших с ними бойцов и агентов в мэрии города. Торчать в поместье Гродевых мне было не в кайф, слишком далеко от города. Да, у них там было всё необходимое и достаточно много свободного места. Но всё равно мне не хотелось там оставаться, неуютно мне было в гостях у Гродевых. Так что мы вернулись в город, после чего заняли мэрию под свои нужды. Работники и сам мэр не были против.
Вскоре появился и Константин. А вот Марина и несколько его бойцов уехали в гостиницу. Та, конечно, пострадала после того, как по ней выстрелили из РПГ. Но большинство номеров были целы и были свободны — постояльцы гостиницы резко решили выехать из неё. Так что хотя бы временно в ней можно было расположить много людей.
— Я был удивлён, увидев город в первозданном виде, — сказал Константин, усаживаясь в кресло.
— Вам бы всё шутки шутить. А мне тем временем пришлось пережить много всего…
И я рассказал ему всё, что произошло за сегодня. Напряжённый день выдался, да. И несмотря на то, что уже было десять часов вечера он пока ещё не закончился.
— Признаю, что действовал ты достаточно обдуманно и не рубил с плеча, — сказал Константин, когда я рассказал ему про события последних нескольких часов. — В итоге никто не убит, а власти города и сами Гродевы сейчас готовы помогать нам. Это очень хорошо!
— Ага, только вот мы всё равно не знаем, где искать Разумовского, — подметил я. — Иначе я бы уже поймал его.
— Хотелось бы тебя обрадовать, что у моих людей есть нужная тебе информация, но они тоже не знают где убежище князя.
Трындец, что тут ещё скажешь. А ведь у меня были надежды на то, что Константин хотя бы примерно будет знать регион нахождения убежища Разумовского. Тогда осталось бы лишь прочесать нужный нам регион и всё. А так вроде и подкрепление к нам пришло, но толку от него? Мда.
— Вот вы меня сейчас совсем не обрадовали, Константин Петрович. И что прикажете теперь делать? Я и мои люди этот северный регион обыскивать не будем — ищите других дураков.
— Придётся что-то придумать. Или подождать очередного хода Разумовского. Он либо уже, либо в течении ближайших часов узнает от своих шпионов в городе, что здешние власти и Гродевы больше не будут помогать ему и присоединились к его поискам. И он должен понимать, что в отсутствие альтернатив мы реально начнём прочёсывать территорию, причём задействуем силы военных. Ему придётся что-то предпринять пока мы не нашли его.
— Логично. Только вот не очень мне хочется дожидаться действий с его стороны. Просто напомню, что он уже попытался убить меня достаточно наглым способом.
— Тогда думай, как нам его найти. Альтернатив у нас пока нет.
Ох, как же мне хотелось высказать всё Константину насчёт этого его «гениального плана», но я сдержался. В основном потому, что теперь Разумовский постарается ликвидировать уже Романовых, а не меня. Они для него должны представлять куда большую угрозу чем я. Погляжу потом на него, когда он переживёт покушению на себя и свою дочку.
— Слушай, я хочу тебя о кое-чём попросить, — сказал Константин. — Можешь поговорить с Мариной?
— Эм… О чём и почему именно я?
— Во-первых, вы с ней ровесники, представители одного поколения. Вам будет проще найти общий язык.
Тут бы я с ним поспорил. Не задалось у нас с этой рыженькой общение практически с самого начала. В дальнейшем нам удалось всё свести к нейтралитету, но достаточно условному. При этом прошлые обиды и произнесённые слова не были забыты. Нам с ней ещё налаживать и налаживать отношения, но мы оба к этому не особенно стремились. Удалось разорвать нашу помолвку и то хорошо, все остались довольны.
