— Проси. — Так же громко ответил Николай, отчего мамино лицо свело непередаваемой гримасой, но она быстро взяла себя в руки, легко улыбнувшись.
В холле послышались шаги и вскоре в столовую вошли четыре человека. Мужчины… вроде бы. Отца я узнала сразу. Он не сильно изменился, если честно. Все тот же нехороший прищур глаз, все так же брезгливо искривленные губы. Высокий рост, дорогая одежда, закрашенная седина на висках. Почему-то последнее сразу бросалось в глаза.
— Так вот где вы спрятались, как крысы! — Победно усмехнулся он и попытался подойти к столу.
— Кхм! — Привлек к себе внимание мой муж и отец остановился.
Я четко уловила тот момент, когда он испугался. Вот вроде бы он просто сверлит маму злым взглядом, а в следующую секунду видит Николая и отшатывается назад, как будто в него кипятком плеснули. Трус!
Сделать еще хоть шаг в нашу сторону отец не решился. Я же постаралась не выдавать своей победной улыбки. И так все понятно, конечно, но жизнь попортить он нам еще может.
— Я бы хотел переговорить с Хозяином. — Наконец, у моего родителя прорезался голос. Не такой самоуверенный, как вначале, конечно.
— Я тебя слушаю. — Невозмутимо ответил Николай и аккуратно отправил в рот кусок мяса. Для создания атмосферы кровожадности, наверное.
Мама, Вероника и Фимка (брат с любопытством косился на «гостя») продолжали ужинать и общаться, как ни в чем не бывало. Антон помогал им поддерживать эту атмосферу. Отца совсем перекосило.
— Я бы хотел поговорить наедине. — Незваный гость едва сдерживал ярость, что было слышно по его голосу, но что-то предпринять боялся.
— В моей семье не принято хранить друг от друга секреты. — С угрозой ответил мой муж. — Или говори здесь, или уезжай. Тебя здесь не ждали.
Я заметила, как гримаса ярости промелькнула на лице родителя, но он резко выдохнул, пытаясь взять себя в руки.
— Ладно. — С отвращением сказал он. — За сколько ты продашь мне Верку?
Я в ту же секунду почувствовала, как внутри моего мужа развернулся ураган, и чтобы он не выплеснулся наружу, схватила его за руку. Коля заметно расслабился.
— Я своей семьей не торгую. — Сказал он так, что мужчины, стоящие за спиной отца, вжались в стену, пытаясь выбраться из столовой в порыве паники.
— Ну, да…, - не поверил отец. — Именно поэтому ты сидишь за столом с любовницей. — Выдал он совершенно безумную вещь.
Николай удивленно посмотрел на меня. Я удивилась не меньше. Даже мама прошлась по мне оценивающим взглядом. А я вдруг поняла, что сейчас в дорогом платье, с прической и подходящим макияжем совершенно не походила на ту напуганную и некрасивую школьницу, которой меня запомнил отец.
Я сдавленно хрюкнула от смеха. Потом и вовсе расхохоталась в голос, выдавив из себя:
— Вот придурок. Л-любовница…!
Даже мама заулыбалась, глядя на меня, а Вероника и вовсе поддержала мое веселье.
— Верка? — Наконец дошло до отца, когда я уже начала успокаиваться.
Я снова засмеялась, теперь уже добившись от себя устойчивой икоты.
— Ты как? — Николай подвинул мне кружку с компотом.
Я быстро выпила предложенное и кивнула. Нужно успокоиться, а то так и до истерики недалеко.
— Нормально. — Просипела.
Коля тут же переключился на взбледнувшего мужика, стоящего посреди столовой.
— Как ты посмел назвать мою жену любовницей? — Громыхнул он так, что даже подготовленная мама подскочила на стуле. Антону даже пришлось приобнять ее одной рукой.
— Я… я же думал…. Верка же страшная, как смертный грех. Да я ей мужика подобрать не мог даже по отретушированным фотографиям. — Прошелся родитель по моей внешности.
Хозяин вскочил на ноги, но я повисла на нем, обхватив поперек пояса.
— Коль, не стоит он того. — Прошептала в напряженную спину. — Не пачкай руки. Для него хуже всего безденежье, которого он никогда не знал. Просто размотай его финансово и все.
Коля повернулся ко мне, вынудив меня отпустить его, и с нежностью на меня посмотрел. Может быть, я и страшненькая, но мой муж меня ценит не из-за внешности, а из-за выгоды, которую я приношу.
— Сейчас большая часть фармкомпании и почти вся сеть аптек принадлежит Вере. — Николай дождался, когда я сяду, вновь занял свое место и заговорил, не отрывая от отца презрительного взгляда. — А некий Родион Морозов незаконно присвоил себе более двухсот миллионов за последние пять лет. Если эти деньги в течение недели не будут возвращены Вере, то с моей легкой руки (а Вера передала мне это право) компания начнет изымать твою собственность в счет покрытия долга.
— Вы в своем уме? — Отец от возмущения покрылся красными пятнами. — Я — генеральный директор компании….
— Уже нет. С сегодняшнего дня я занимаю эту должность. — Самодовольно перебил его Хозяин.
Я даже прикрыла глаза от удовольствия, слушая голос мужа. Боже мой, ради этого момента стоило терпеть десять лет непрерывного побега и неудобные туфли на свадьбе.
— Мне кажется, что Николай прекрасно справится со своими обязанностями. — В полной тишине продекламировала мама. Кажется, ей тоже начали нравится семейные ужины.