«А может, мне самому следует съездить в те деревни?» — задал мужчина вопрос сам себе, а потом покосился на большую стопку бумаг на своём столе, недовольно скривился. Некогда ему по деревням разъезжать! Ему, вообще, некогда заниматься расследованиями самостоятельно, для этого у него в Управлении есть специально обученные следователи! Он и так кучу времени потратил на свои визиты до острова синих огней!.. И в итоге всё равно почти ни к чему не пришёл. Лишь двое подозреваемых с очень поверхностным описанием, и несколько свидетелей, показания которых суд может и не зачесть, если маньяк, и правда, окажется очень важной и состоятельной личностью.
Но что делать, если следователи что-то темнят? Привлечь к расследованию ещё кого-то? Может быть…
— Хоть в пору, и правда, к оракулу обращайся — вслух произнёс Нолан. И вдруг резко выпрямился на своём стуле.
А, собственно, почему бы и нет?
Обращение к оракулам — это стандартная практика в делах подобного рода. Когда расследование зашло в тупик, и следователи совсем не знают, куда двигаться дальше, можно обратиться к оракулу! В свою бытность в Столице Нолан и сам как-то к провидцу обращался.
Да, видения оракулов частенько бывают неясными и мутными, в них нельзя чётко разглядеть лица преступников или жертв. Из-за этого видения нельзя использовать в суде, как неопровержимое доказательство виновности преступников. Но зато оракулы частенько видят какие-то мелкие и, на первый взгляд, совершенно незначительные детали, на которые в обычной ситуации следователи и внимания бы не обратили. Но тогда, в Столице, именно благодаря такой вот увиденной в видении мелочи Нолан со своей командой смог поймать убийцу трёх человек.
Когда глава Управления велел своему секретарю поскорее разыскать адрес какого-нибудь оракула, тот даже не удивился.
— Наши следователи обычно обращаются к оракулу по имени Юдан Бейко. Он живёт буквально в паре кварталов отсюда — с ходу поведал секретарь своему начальнику и в ту же минуту написал на листке нужный адрес.
Оракулов в мире было не так уж и много. Хорошо если два-три человека на огромный многотысячный город наберётся. В столице королевства Каири таких проживало даже шестеро, и это считалось очень хорошей цифрой. Все оракулы находились на особом контроле у государственных органов. Особенно, у органов защиты населения и охраны правопорядка, которым постоянно нужно что-то расследовать. Государственная казна оплачивала провидцам проживание в хороших домах, слуг, мелкие и не очень бытовые расходы. В общем, государству было выгодно иметь при себе людей, способных видеть то, что не видят люди простые.
Никто не знал, как, вообще, можно стать оракулом. Дар видеть то, что скрыто от посторонних глаз, всегда проявлялся как-то сам по себе. И появиться он мог абсолютно у любого человека. И в бедной семье, и в богатой. В семье дружной, и в той, где между роднёй идут постоянные склоки. В огромных семьях с кучей детишек и родственников и у одиночек. Дар мог проявиться у совсем ещё маленького ребёнка, а мог у совсем уже взрослого человека. И с наследственностью Дар видеть никак не пересекался. Ведь никогда не было такого, чтобы у оракула рождался ребёнок — тоже оракул, а все известные провидцы происходили из семей, где Дара не было ни у кого и никогда. И единственное, что объединяло оракулов всех городов и стран — это их признания в том, что все они помнят свою прошлую жизнь.
И вот Нолан Лим уже стоит напротив большого дома, где живёт такой человек, помнящий свою прошлую жизнь и умеющий Видеть. Глава Центрального Управления ловко взбежал по каменным ступенькам вверх, поднял руку… но постучать не успел. Дверь распахнулась прямо перед его носом, и перед глазами мужчины предстал совсем юный паренёк, даже не паренёк, а мальчик-подросток. Нолан удивлённо моргнул, глядя на него. Неужели этот юнец и есть тот самый оракул, к которому обращаются за помощью следователи Центрального Управления? Неужели, постарше никого не нашлось?
Подросток заговорил первым.
— День добрый, господин — произнёс он и даже чуть склонил голову в приветственном жесте, а потом в сторону отступил, пропуская гостя в дом — Мой хозяин вас с самого утра ждёт.
«Ясно. Паренёк — просто слуга в этом доме, а знакомство с оракулом мне ещё только предстоит».
— Пройдёмте за мной, господин. Я вас провожу — продолжил свою речь подросток, направляясь в сторону лестницы.
Совсем скоро Нолан входил в небольшую комнатку, которая для местного оракула, вероятно, выполняла функции некой приёмной. В комнатке было одно окно, зашторенной плотной шторой, а недостаток света компенсировался десятком зажжённых свечей, расставленный прямо по полу. Собственно, кроме как на пол, ставить их было больше некуда. Ведь из всей мебели в комнате было лишь два больших кресла, стоящих друг напротив друга. В одном из которых сидел совсем седой старик с длинной-предлинной бородой и в необычном сиренево-сером балахоне.
