Что делать, если неожиданно лишилась места в студенческом общежитии, а денег на квартиру нет? У Милы Красоткиной есть только девяносто килограммов живого веса, неугасающий оптимизм и умение попадать в самые неожиданные ситуации. Переночевав в пустующей квартире знакомого знакомых, она сталкивается с вернувшимся хозяином и его родней. Однако вместо того, чтобы спровадить незваную гостью, Миле по ошибке делают брачное предложение. А почему бы и нет? По крайней мере, на какое-то время квартирный вопрос будет решён!
– Вы с ума сошли? Я на ней не женюсь! – вопил какой-то парень, поспешно натягивая штаны. – Кто угодно, только не эта…
– Я тебе сказал: женишься на первой же девице, которую я здесь увижу! – грохотал солидного вида седоватый мужчина в дорогом костюме. – Хватит позорить нашу семью! О тебе уже анекдоты рассказывают, я сам вчера слышал!
Я резко села на кровати и прикрылась одеялом до шеи. Пробуждение оказалось не самым приятным.
– Мог бы и получше выбрать, – подала ехидный голос черноволосая женщина, стоявшая в дверях комнаты. На её губах играла насмешливо-злорадная улыбка. – Чем ты вчера накачался, что притащил домой эту толстуху? – она поморщилась.
На себя бы посмотрела! Она выглядит, как больная анорексией, все кости торчат так, что через платье проступают. На лице кило косметики, даже не поймёшь, сколько ей лет. При более внимательном осмотре, я нехотя признала, что платье на ней дорогое и стрижка хорошая.
– Вы неправильно поняли… – я потрясла взлохмаченной головой, чтобы проснуться поскорее. – Я просто тут ночевала.
– Всё мы правильно поняли! – вступил седоватый. – Просто познакомились в каком-то клубе, просто перепихнулись. У него все просто! Хватит с нас этого позора. Вы сегодня же подадите заявление в загс.
– Пап, я её в первый раз вижу, – парень застегнул ремень на джинсах и торопливо начал надевать клетчатую рубашку. – Ну ты сам посмотри, вообще не мой вариант! Как ты сюда попала? – раздражённо спросил он у меня.
Ответить не дали. Грозный отец заговорил первым, с яростью впечатывая каждое слово:
– Хватит этой комедии. Вы спали в одной постели, я сам видел. Или ты идёшь с этой девицей в загс, или вылетаешь из квартиры. Заберу машину к чёртовой бабушке, уволю, по всей области работу не найдёшь, тебя даже ночным сторожем не возьмут! Всё, думай!
Он схватил с тумбочки ключи от машины и вылетел за дверь, за ним, стуча огромными каблуками, мчалась анорексичная брюнетка, причитая на ходу:
– Тоша, только не волнуйся, у тебя же давление…
– Какое давление? Сто двадцать на восемьдесят? – крикнул вслед парень.
Дверь с грохотом захлопнулась. Он повернулся ко мне и уставился взглядом мясника, собирающегося рубить на части крупную тушу. Я покосилась на свое платье, висящее на стуле в паре метров от кровати. Парень проследил за моим взглядом и глубоко вздохнул.
– Я что, реально тебя сюда привёз? – его взгляд наполнился ужасом. – Блин, это сколько же надо было выпить…
Я собиралась оправдываться, извиняться, но вместо этого с языка слетело:
– А ты имеешь что-то против моей внешности?
Он страдальчески поморщился.
– Ничего не имею, только ты не в моем вкусе. От слова совсем. Надо ж было отцу с Жанной так не вовремя заявиться. Слушай, а ведь это вариант! – он вдруг оживился. – Если я действительно пойду с тобой в загс, они вздрогнут! Они же, когда начнут соображать, будут сами просить, чтобы я отменил свадьбу. Давай, одевайся, пойдем писать заявление.
Странно, вроде выглядит как нормальный, а несёт такую дичь. Видимо, у них это наследственное.
– Ничего, что мы незнакомы? – с иронией поинтересовалась я.
За день до этого…
– Ничем помочь не могу, в общежитии крыша провалилась, – упорно держала оборону комендантша. – Нет у нас мест, Красоткина. Ремонт будет долгим, неизвестно, когда закончится
– Но должны же нас пока хоть куда-то расселить, – настаивала я.
– Кто тебе тут что должен? – она фыркнула. – Везде все занято. В общежитиях у медиков, у музыкантов, у архитекторов были места. Приехала бы раньше, может, куда и успела бы заселиться. Теперь квартиру ищи, а с общежитием ничем помочь не могу.
– У меня на квартиру денег нет, – не отставала я. – А может, уборщицей меня возьмёте? Буду пока в подсобке спать, а?
– Слушай, я же сказала русским языком: всё занято, – раздражённо проговорила комендантша, загораживая собой вход на этажи. – Ваши уже успели и уборщицами устроиться, и дворниками, и вахтерами на полставки.
Я вздохнула. Значит, все варианты с общежитием пролетают мимо. Завтра начало занятий, а жить мне, как оказалось, негде.
– Лиза Мироненко тоже осталась без комнаты? – спросила я.
Лиза – последняя надежда. Наша самая энергичная однокурсница просто не могла оказаться совсем без жилья. Если Лиза в общаге, можно на первое время хотя бы оставить у неё вещи. А может, получится и ночевать у Мироненко втихаря, пока не найду какое-нибудь дешёвое жилье.
Пока что я могу зарабатывать, только выпекая торты на заказ. На еду этого с горем пополам хватило бы, но на съемную квартиру или даже комнату – точно нет. Родители ничего не дадут, я с детства слышу от них, что нужно добиваться всего самой и что трудности закаляют характер.
В общем, денег на квартиру у меня нет. А есть бюджетное место в кулинарном колледже и мои девяносто килограмм живого веса, к которым прилагается фамилия Красоткина. Имя Милолика, записанное в моем паспорте, я называю только чиновникам, для остальных я просто Мила.
