- Меня ты тоже удивил, – тянет Лара, ненавижу эту её манеру. – Только скажи, как долго ты собираешься с ним играться, не может же у тебя это быть всерьез? В конце концов, важно не только трахаться…
- Я не… - но договорить я не успел, в коридоре послышался какой-то шум, и мы все замолкли.
Через пару минут ты заглянул ко мне в кабинет. Лицо было бледное, глаза нездорово блестели. Ты увидел моих друзей.
- Прости, не знал, что у нас гости, – устало произнес ты.
- Знакомься, это мой давний друг Лесс, – ты пожал протянутую руку, - это Лара, - ты с той же улыбкой поцеловал ручку даме. – Это мой муж Алекс.
- Простите, я немного устал, поэтому не буду вам мешать, – ты направился к двери. Я остановил тебя уже в коридоре.
- Милый, у тебя что-то случилось? – я волновался. Вдруг ты что-то услышал.
- Нет, все отлично, просто голова болит, и день был тяжелый, хочу в душ и спать, – неуверенно улыбнулся ты.
- Тогда ложись, а я скоро составлю тебе компанию, – я потянулся к твоим губам. Они были такие холодные, мне показалось, ты замер на мгновение, но потом расслабился и ответил. Так ты меня ещё не целовал, словно душу вынул, язык требовательно ластился, не боролся, как всегда, за власть, а требовал ласки, руки сжимали до боли, дыхание вмиг сбилось, ты стал горячим, словно огонь. Не знаю, сколько мы так целовались, но я-то точно не смог бы прервать этот поцелуй. Ты отстранился сам.
- Я в душ, – шепнул ты и скрылся в спальне.
Мы просидели ещё с полчаса, и все это время мне не давал покоя твой поцелуй. Он был слишком отчаянный, слишком требовательный слишком… просто слишком.
Когда ребята ушли, я направился в спальню, но тебя там не было, в сердце начала зарождаться паника, но я игнорировал её, надеясь, что ты в душе, но и там тебя не оказалось. Я уже знал, что тебя нет, но все равно обошел весь дом, огромная столовая, кухня, библиотека, зал – пусто, твой кабинет пуст, сад - и тут тебя нет. Ты ушел, я уже даже не сомневался, что ты все слышал. Мой маленький глупый мальчик, такой гордый, такой сильный и такой ранимый. Я вернулся в спальню и сел на твою половину кровати, вот что было не так в твоем поцелуе – он был прощальный. Я протянул руку и зачем-то откинул покрывало с твоей подушки, на ней лежало колечко, небольшой кружечек золота с утопленным в нем бриллиантом.
Забрав кольцо, я поехал в твой дом, но охранник сказал, что хозяин давно не появлялся, тогда я поехал в офис, но и там тебя не оказалось. Весь оставшийся день и всю ночь я ездил по городу, заходил в бары и снова наведался к тебе на работу и домой, но так тебя и не нашел. На дороге высматривал твою Хонду - бордовый, почти черный мотоцикл, но так и не нашел тебя. Вернувшись под утро домой, я просто вырубился, не раздеваясь, на заправленной постели, вдыхая аромат твоей подушки.
Если бы три месяца назад мне сказали, что я буду так страдать из-за какого-то мальчишки, я бы не поверил. Но ты не какой-то, ты чудо, сильное и ранимое, наглое и доброе, умное и безрассудное, мой малыш, мой любимый мальчик, которому я причинил боль.
А вечером курьер принес мне конверт, в нем были билеты до Нью-Йорка на завтрашнее утро и извещение о нашем разводе. Когда-то я сказал тебе, что с деньгами можно все, и ты хорошо усвоил урок, меньше чем за сутки организовав развод.
Я вылетел в Нью-Йорк, деньги творят чудеса, и в аэропорту я узнал, что ты улетел раньше, примерно в то время, как мне принесли конверт, все продумал мой мальчик. Из самолета я тут же направился в здание суда, тебя ещё не было, нашел нужный кабинет, вокруг пусто, только из кабинета слышится какой-то шум. Я присел на лавочку, приехал раньше назначенного времени и не пожалел, примерно через пять минут в коридоре появился ты, я хотел поговорить, но ты был не один, два охранника, которые вежливо попросили к тебе не приближаться, и твой пустой взгляд словно приковали меня к скамейке. Никогда бы не подумал, что я такой слабохарактерный, но если ты так хочешь развода, я тебе его дам, а потом мы поговорим, быть может, начнем все заново. Как же я не хочу тебя терять, малыш!
Через полчаса нас пригласили в кабинет судьи, никаких вопросов, адвокатов и споров, нам нечего делить. Судья ткнула пальцем, где нужно расписаться. Минута, и мы разведены, ты просто вылетаешь из кабинета. Я забираю необходимые бумаги и несусь за тобой. Я ловлю тебя только на лесенках на выходе из здания, хватаю за руку и слегка тяну на себя. Ты замираешь, а потом разворачиваешься. Глаза пустые, безэмоциональные, и лишь слезы ты никак не можешь унять. Слезинки одна за другой скатываются по щекам, оставляя блестящие дорожки, у меня сердце сжимается от боли и отчаяния, что же я натворил!
- Прости, – еле выговариваю я. Что же я за придурок, хотел так много тебе сказать, а выдал лишь одно слово. Твои глаза блестят ещё сильнее, мешая видеть, слезы с новой силой катятся по щекам с нездоровым румянцем, маленький мой…
