– Пойдем в сад, я покажу тебе свои розы, – сказала Женщина Без Тела, желая прекратить разговор, который почему-то становился ей не приятен. – Розы – это единственное, что я помню и люблю. Хоть у роз есть шипы, но они мне кажутся самыми ласковыми и нежными существами на свете.
Женщины поднялись и направились к саду. Ангелина еще раз пристально вгляделась в подругу. Она на самом деле очень странно передвигалась. Не было видно ни ног, ни рук. Одни только яркие акриловые ногти и туфли. И ткань, которая струилась складками и колыхалась. Ангелине стало не по себе. Как же так, как можно жить без тела? Это ведь не жизнь, а сплошной кошмар. Ей стало искренне жаль несчастную подругу.
Они вышли в сад, и он оказался выше всяких похвал. Многоярусные цветники, тщательно продуманные клумбы, альпийская горка со сложным узором, пруд с фонтанчиком, уютная беседка, скамейки под деревьями, ухоженные дорожки.
– Какая роскошь! Как ты со всем этим управляешься? Тут же необозримые просторы!
– У нас есть садовник, разумеется. Дом полон прислуги, ты же видишь. Здесь все очень четко обустроено, уже давно. Я только поддерживаю давно заведенный порядок.
– Так ты нигде не работаешь? – удивилась Ангелина.
– Нет. А разве ты работаешь?
– Я никогда не стремилась делать карьеру, всегда мечтала о выгодном замужестве. Но ты, ты всегда была так амбициозна!
– Разве? Кажется, это Она чего-то хотела. Да, Она хотела, чтобы я пошла по ее стопам. Она время от времени сокрушается, что некому подхватить ее дело.
– Чье дело?
– Ну – её.
– Ах, это ты о своей матери. Сказать по правде, мне свою тоже не очень хочется поминать добрым словом. Но ведь твои родители дали тебе все: образование, статус, богатство.
– Образование? Зачем мне образование?
– Но ты ведь поступала в университет. Я точно помню, как после школы ты мчалась сдавать экзамены. Мне все тогда сдавали экзамены. Я даже хотела вместе с тобой пойти, туда же, куда и ты поступала. Но меня не взяли, а тебе место было уже подготовлено, – с заметной обидой в голосе произнесла Геля.
– Да, кажется, я действительно училась в университете, – глухо проговорила Женщина Без Тела. – Университет мало чем отличался от школы. Парты, тетрадки, нудные преподаватели.
– А веселая студенческая жизнь?
– У нас не было веселой студенческой жизни. Я не помню. Меня привозили на лимузине на занятия и после занятия отвозили домой. Охранник ждал меня в коридоре. Я никуда не ходила после занятий. А потом появился Арсений, и я вышла за него замуж.
– Ты влюбилась в него? Потеряла голову? Это было страсть? – оживилась Геля.
Женщина Без Тела поморщилась.
– Разве от Арсения можно потерять голову? Нет, все было очень тихо. Она сказала: вот подходящая для тебя партия, и мы поженились. И все. Началась тихая семейная жизнь. Всё, как один день.
Они прошли в беседку, обвитую хмелем. Но тут послышался топот резвых ног.
– Ма-ма-а!!!
– Это моя дочь, – без особых эмоций сказала Женщина Без Тела. – Что ты кричишь, Нина? Что случилось?
– Вы тут сидите, а там такое, там такое! Там на речке тело выловили! -выпалила дочь.
Женщина Без Тела содрогнулась.
– Тело? Мое?
– Что ты чушь городишь, мама! Причем тут ты?! Тело девушки нашли. Утопла. Или утопили. Весь поселок высыпал на берег. Пойдем, позырим. Я одна боюсь, а охранник мне надоел.
– Да, да, надо пойти посмотреть, – сказала Женщина Без Тела.
– Увольте, девушки, без меня. Такие страсти не по мне, – сказала Ангелина.
– А я пойду, – сказала Женщина Без Тела.– Нина, может, тебе тоже не ходить туда на речку?
– Ма, ну ты чё? Это прикольнее, чем кино смотреть. Погнали! Я тебя проведу короткой дорогой.
Глава 3.
Они ушли, а Ангелина прошла в гостиную. Там у камина все так же, устремив взор в потолок, сидел муж Белки.
Ангелина вкрадчивыми движениями прошла к свободному креслу.
– Привет, ты ведь Арсений?
– Мы знакомы? – он повернул голову и посмотрел на нее с интересом. Ангелина хорошо знала этот блеск в мужских глазах.
– Виртуально. Я школьная подруга твоей жены. Она мне много о тебе рассказывала.
Геля немного присочинила. Белка только пару раз упоминала о том, что у нее есть муж. Ничего особенного, ни плохого, ни хорошего о своем благоверном подруга не сообщала.
– Полагаю, ничего хорошего ты обо мне не узнала.
Он проворно поднялся с кресла, подошел к бару.
– Что-нибудь выпьешь?
– Да, пожалуй.
– Что желаешь? Есть все, – он произнес последние слова с такой важностью, словно стоял перед пещерой с самыми большими изумрудами на свете.
– Божоле, урожай 2007 года.
– Не вопрос, дорогуша!
– Только без пошлостей, Арсений. Дорогушей можешь называть своих одноразовых мочалок. А я – Ангелина.
– Миллион пардонов. Несу Божоле. Надолго к нам?
– Я не к вам, я к Белке.
– К Белке?
– Мы так ее звали в школе. Она была такая штучка! Что ты с ней сделал? Она сама на себя не похожа.
– Я с ней сделал? – он резко поменялся. Из развязного балагура превратился в мрачного рыцаря печального образа. – Она сама кого хочешь достанет. А уж ее мамаша…
– Все так плохо?
Он молча кивнул.
