Пейшенс работала дизайнером в косметической компании и совершенно случайно узнала ужасный секрет этой фабрики, который стоил ей жизни. Но по воле высших сил она превращается в Женщину-кошку со сверхчеловеческими способностями и массой неотложных дел...На протяжении всего третичного периода кошки эволюционировали и изменялись, этот процесс занял много тысяч, а может быть, и миллионов лет; медленно, но верно совершенствовалось их умение убивать.
Элизабет Хэнд
ЖЕНЩИНА-КОШКА
Ответственный редактор
Литературный редактор
Художественный редактор
Технический редактор
Корректор
Верстка
по сценарию
ELIZABETH HAND
Catwoman
Перевела с английского
Полночь не статуя. Она живая.
Ее золотисто-зеленые глаза сверкают, как изумруды. Драгоценные камни в глазницах храмовых статуй блестят точно так же, и сидят они, как сидит Полночь, – насторожив ушки и свернув хвост. Но они неподвижны, а Полночь нетерпеливо подергивает хвостом и внимательно следит за каждым движением молодой женщины, жрицы этого храма, – храма богини Бастет, храма Полночи.
Жрица сама напоминает статую, выточенную из эбенового дерева: так черны ее волосы и кожа. Ее движения легки и грациозны, как у кошки: перед каждой статуей она опускается на колени и разжигает курительницы, наполненные благовониями – ароматическими маслами и смолами, кусками янтаря величиной с детский кулак. Струйки душистого дыма, танцуя и извиваясь, поднимаются в воздух и смешиваются с другими запахами, – с пряным запахом сандалового дерева, сладковатым – восковых свечей, тяжелым ароматом мускусного и апельсинового масел, которыми жрица натерла тело, прежде чем войти в храм богини-кошки Бастет. Но есть среди них еще один, женщина его не чувствует, зато хорошо различает Полночь – запах страха и смерти, холодный и отвратительный. Его нельзя ни заглушить благовониями, ни скрыть под складками одежды – ритуального облачения, которое больше напоминает саван, чем женское платье.
– О, Бастет! О, Мудрая и Лучезарная! – тихо, нараспев говорит девушка. – Защити меня, когда я покину этот мир и войду в твой. Защити меня и даруй мне покой и вечное блаженство! О, Бастет!
Полночь не спускает с нее глаз, она ждет.
Жрица знает, что кошка где-то в храме. Это египетская May, священное животное богини Бастет. Ее предки – маленькие, изящные и сильные дикие коты, которые живут в пустынях, окружающих дельту Нила. Но египетская кошка крупнее, сильнее и красивее своих предков: люди на протяжении многих веков выводили эту породу. У нее дымчатая шубка с темными пятнами, как у гепарда, и короткая, гладкая шерстка на голове. На затылке черной краской для век и красной хной нарисован скарабей – символ вечности. Вдоль стен храма стоят мумии таких же кошек, а рядом – серебряные миски с молоком и свежей рыбой для Полночи. Конечно, жрица не зовет кошку Полночью. Обращаясь к ней, она произносит какое-то непонятное, но очень ласковое слово, даже не слово, а просто звук, напоминающий мурлыканье; но Полночи все равно,
– Пора! – зовет низкий мужской голос.
Вся дрожа, женщина поднимается на ноги. Она зябко ежится и, словно пытаясь согреться, подносит руки к губам и дышит на них. Вдруг что-то шевелится у ее ног, что-то темное, теплое и гладкое, как черный шелк.
– Полночь! – шепчет жрица. Она, наклонившись, гладит кошку и поднимает ее на руки. – Ах, Полночь! Мне так страшно...
Полночь смотрит на женщину своими изумрудными, немигающими глазами и тихонько мяукает, на мгновение обнажая зубки, острые и белые, как костяные иглы, которыми накрепко зашивают глаза умерших.
«Не бойся, – говорит богиня, хотя женщина слышит только тихое кошачье урчание. – Не бойся, дочь моя...»
Кто-то медленно и почтительно отдергивает украшенный вышивкой занавес, закрывающий вход в святилище. Снаружи стоят другие служители храма. Они склоняют головы перед жрицей. Она же, недавно такая испуганная, проходит между ними, высоко подняв голову. Кошка с зелеными сверкающими глазами сидит у нее на руках.
«Не бойся, дочь моя, – повторяет богиня (а кошка мурлычет и согревает своим теплом ледяные руки жрицы). – Не бойся людей, не бойся смерти – ничего не бойся, ведь я с тобой».
Полная луна висит над белым, словно светящимся в темноте, огромным алтарем. Там ждет Великий Жрец. Уже полночь. Женщина приближается к алтарю, по-прежнему держа на руках кошку, земное воплощение богини Бастет, – и вдруг понимает, что уже ничего не боится. Потому что Полночь – богиня, как и Бастет, а Бастет, богиня-кошка, щедро одаривает тех, кто ей верит.
Улыбаясь, с сияющим в лучах луны лицом, жрица ложится на алтарь и ждет вступления в новую жизнь. Кошка сидит рядом с ней.
– Ах, ну пожалуйста...
