Вера долго добиралась на перекладных до дома, зашла в магазин, нагрузилась, как обычно. Дотащила. По одежде в прихожей поняла, что сына дома нет, только Виктор, но телевизор не работает, значит, лег спать. Она разложила продукты в холодильнике, готовить не хотелось, да и осталась еще готовая еда. Что-то перехватила, стоя. Потом грелась и смывала с себя этот день под душем, пришла в спальню в ночной рубашке, легла рядом с мужем. Тот, проснувшись, пробормотал:
– Чего ты так поздно?
– В магазине была… Витя, у нас тут в районе у одного малыша мать погибла в ДТП. Он сам тоже пострадал. Я к нему пару раз в больницу ездила, еду возила.
– Зачем?
– Так он один остался. Вообще. На свете.
– А ты при чем? Мало, что ли, таких малышей?
– Ни при чем, конечно, так мне сегодня и сказали.
– Правильно сказали.
– Да. Правильно. Просто его увезут из больницы в детский дом.
– Ну а куда же еще?
– Я, наверное, и туда буду ездить, если узнаю, куда.
– Зачем?
– Он привык ко мне. Ты не понял, что у него никого нет?
– Я понял. Просто ты какой-то странной стала с тех пор, как в салон этот стала ходить.
– Салон тут при чем?
– При том. У меня была нормальная спокойная жена.
– Сейчас ненормальная?
– Катушки у тебя оказались слабые, – заявил муж. – Легко с них слетаешь. Не для тебя это все. И мы с Игорем остались вообще без ухода и порядка. Тебя постоянно нет.
Вере вдруг ужасно захотелось рассказать мужу, какие сегодня умные и смешные вещи говорил Костик, как у него заживает ножка и ключица, но посмотрела на безразличное лицо Виктора и передумала. А почему ему это должно быть интересно? Он же не знает, какой это золотой ребенок. И вряд ли захочет узнать. Она повернулась к мужу спиной и закрыла глаза.
У Владимира был свободный день в салоне. Как раз проект с мастерской для пиарных, постановочных фото и видео был на стадии отбора специалистов. Помещение они с Линой уже арендовали, заказывали оборудование для работы стилистов и студий. Лина позвонила с утра, чтобы договориться о встрече. Владимир обычно такие встречи проводил не дома. Он и помешать домашним не хотел, но, если совсем честно перед самим собой, – он просто не знал, как может повести себя Инна. Жена-домохозяйка, которая была начальницей, большой для него начальницей, сохранила в чем-то командирские повадки, – это проблема, которую лучше обойти. Но в этот день ему страшно не хотелось уходить из дома. Кроме того, после ночного чаепития и разговора с Инной в ночь ДТП в их отношениях что-то изменилось. Это не выражалось в других поступках и словах. Внешне все, как обычно. Они просто иначе чувствовали присутствие друг друга. Вдруг рядом стало легко дышать, куда-то ушло постоянное напряжение, которое требовалось, чтобы все выглядело нормально. А сейчас – то ли он устал, то ли возраст, то ли они раньше все усложняли, но так захотелось тепла… Как у Вертинского: «Мне сегодня так хочется сказки… Детской сказки про сон золотой». Владимир сказал Лине, что перезвонит, и вошел в гостиную, где Инна убирала.
– Инна, такой вопрос. Только сразу договоримся: меня устроит любой ответ, поэтому не надо делать над собой никаких усилий.
– Ты как-то не делал никогда длинных вступлений. Ничего такого очередного и ужасного не случилось?
– Да нет. Наоборот, дело одно почти сложилось. Не помню, говорил ли я тебе о проекте с мастерской для постановочного, интерьерного пиара. Одна женщина, Лина, она специалист, руководит серьезной рекламной компанией, мне предложила партнерство. Говорил я?
– Да, кажется, говорил, – быстро сказала Инна. Вряд ли эта Лина, она же Василина, станет Володе рассказывать о дурацком трепе на женском сайте. Инна ничего такого там и не написала. Все забыли. – И что? Как там дела?
– Вот мы и хотели сегодня обсудить, помещение уже арендовали, но там еще неуютно, нет особо ничего. Короче, не хочется мне уходить сегодня из дома. Кажется, устал. А что, если она с мужем к нам приедет?
– Ты их уже пригласил?
– Нет. Надо же с тобой обсудить.
– Ты правильно решил, – спокойно сказала Инна, а сердце у нее радостно и взволнованно подпрыгнуло. Как у девчонки, честное слово. Он не хочет уходить из дома! Он хочет вместе с ней. Что-то она уже на такое не надеялась. – Холод, пробки, дети всегда рады, когда ты дома. У меня обед есть, конечно. Что-то добавлю, испеку… И бутылка виски стоит с Нового года.
– Отлично. Сейчас ей перезвоню. Им сюда ближе ехать, чем в нашу студию.
Лина оказалась очень простой и внешне, и в контакте женщиной. Шатенка, кареглазая, прямые волосы чуть выше плеч. Джинсы, джемпер, ноль косметики. Лицо человека, которому некогда за собой ухаживать. На коже видны поры и сетка капилляров. Под глазами мешки. Улыбка естественная, добродушная. Ее муж Вася казался моложе, возможно, потому что худой, с узкими плечами, жидкими усиками. Тоже приветливо улыбался, Инне только не понравились его зубы. Целые, чистые, но какие-то мелкие и острые, как у грызуна.
