– Он тоже увидел меня и окликнул: «Джим!» Так называл меня только мистер Сомерсет. Он, – девочка тряхнула головой, отгоняя воспоминания, – он говорил, что я веду себя по-мальчишески. Меня как током ударило. Я понимала, что такое невозможно, но за последнее время столько всего произошло. И еще Люси и Мэри, то есть Дэйдри. Они не врали, рассказывая про него ужасы. Он действительно чудовище, способное на все!
– Хорошо, что ты это понимаешь, – одобрил «Колин».
– Я много чего понимаю, – огрызнулась Джемма. – Вы ведь прекрасно знали, что Дэйдри насыпала вам в салат отраву? И вы знали, что она ваша дочь, девочка, чьей матерью вы воспользовались?
– Разумеется. Подсунуть свою порцию этому русскому невеже показалось мне забавным.
– Этим вы обрекали Нурию, – тихо сказала Анна.
– Что делать. Всегда приходится кем-то жертвовать.
– Зачем вы убили ее? Ведь это ваших рук дело?
«Колин» поморщился.
– Я ее не убивал, – нехотя признался он. – По крайней мере, не собирался. Она была даже забавной в этой своей поздней любви.
– Но кто тогда ее убил? Скажите. Вы ведь знаете!
– Вы.
– Я?! Вы спятили?
– Ничуть. Зачем вы попросили подругу об услуге? Далась вам эта средневековая бездарная книжонка!
– Но я не знала… не думала… Макс! Что он несет?
– Спокойно, Анечка, он чокнутый. – Макс подошел к ней и крепко обнял за плечи. Макс врал. Он умел правильно оценить ситуацию и твердо знал, что они угодили в ловушку. Разглагольствующий тип был опасен, очень опасен. И Макс, позволяя ему трепаться, тянул время, пытаясь найти пути к отступлению.
– Почему погибла Нурия? Она же ничего о вас не знала!
– Ошибаетесь. Она знала о Шекспире… Это непозволительно.
– В каком смысле? – насторожился Снежко.
– Скоро узнаете, – широко улыбнулся негодяй. Он вел себя так, словно присутствовал на рядовой вечеринке. Сунул в рот трубку, неторопливо затянулся и выпустил к потолку струйку дыма.
– Курить вредно, – сказал Макс с отвращением и сделал выпад вперед. За ним тут же устремился Сашка. Молча, как цепные псы, мужчины бросились на негодяя.
Но тот оказался ловчее. Как тень, он метнулся вправо, дернул Аню за руку и прикрылся ею, как живым – пока что – щитом. В другой его руке появился пистолет. Грохнул выстрел. Снежко согнулся пополам, схватившись за ногу.
– Вы нарушаете правила, – назидательно произнес «Колин». – Вдвоем на одного – это не по-джентльменски. Остынь, – бросил он Максу и приставил пистолет к Аниной голове.
Макс зарычал, но послушно выполнил приказ. К истекающему кровью Снежко бросилась Джемма. Шутки кончились. Яся вжалась в стену, почти слившись с ней. Старый монах беззвучно разевал рот.
– Отпусти ее, – прохрипел Макс.
– Обойдешься. Она мне самому нужна.
– А еще называешь себя джентльменом! Она же женщина.
– Она? О, нет. Она сосуд. – И легонько встряхнул обмякшую девушку. – Хрупкий сосуд с весьма ценной начинкой.
– Так забери свою начинку и верни нам Анну, – крикнул из своего угла Снежко.
– Увы. Это нерационально. Вы слишком много раскопали. Тайна не должна быть раскрыта.
Макс, стараясь не вникать в смысл угроз, цепко оглядывал коридор в поисках выхода. Именно поэтому он успел заметить тень, скользнувшую за спиной убийцы. Сверкнул металл. Через секунду подземелье огласил гневный вопль. Кто-то вспрыгнул на спину «Колина». Такого поворота не ждал никто: верхом на преступнике сидел старый монах, угрожающе размахивая кинжалом. Страж, выполняя свой долг до конца, пытался уничтожить того, кто пытался навредить Елизавете. Но противник не разжал рук. «Колин» вертелся на месте как волчок и молотил наугад рукой с зажатым в ней пистолетом. Некоторые его удары попадали в цель, старик стонал и вскрикивал, однако не отцеплялся.
Разъярившийся «Колин» вдруг бросился спиной на стену. Что-то хрустнуло. Голова старика мотнулась на тонкой шее, ударилась о гранит и раскололась как орех. Руки разжались, монах свалился на пол, как сломанная кукла. Безжизненный взгляд его голубых глаз уставился в потолок.
Страж выполнил свой долг до конца.
– Идиоты, – брезгливо выплюнул «Колин». – Меня нельзя убить.
– Попытаться всегда стоит, – философски заметил Макс. – За четыреста-то лет, наверное, поизносился.
«Колин» оскалился:
– И не мечтай. Похитители душ живут вечно.
Тут его взгляд упал на кровоточащую щеку Анны. Дыхание оборотня участилось, в глазах зажглась дикая жажда. Нарочито медленным движением «Колин» высунул длинный, неправдоподобно красный язык и, не спуская глаз с Макса, слизнул кровь с раны, замычав от удовольствия.
– Сладкая кровь, – издевательски ухмыльнулся он. – Вкуснее я не пробовал.
Анна с отвращением отстранилась и замотала головой, но о помощи просить не смела.
– Не переусердствуй, – бросил Макс сквозь зубы, – а то так омолодишься, что придется покупать памперсы. Ты, кажется, хотел прикончить нас всех? Попробуй начать с меня. Давай, давай! Проткни меня и посмотри в глаза. Тебе ведь интересно узнать, что я почувствую, когда нож повернется в ране? Тебе ведь ЭТО нравится?
– Я убью тебя, – прошипел «Колин».
– Валяй.
