Письмо заканчивалось именно таким образом. Последнее предложение не имело точки и выглядело оборванным. Зная дотошную аккуратность Нурии, Аня могла предположить только одно: подруга не успела закончить послание и отправила его так, как есть. Но и этого оказалось достаточно, чтобы напугать Аню до полусмерти. Все в письме было не так. Нурия никогда не называла ее Анькой. Нурия была патологически вежливой и никогда не стала бы требовать приезда в категорической форме. В письме ни словом не упоминалась просьба Анны. И даже если бы Нурия не смогла ее выполнить, она принялась бы долго извиняться и скрупулезно объяснять, что произошло. И наконец, Нурия никогда не попадала в истории, тем более – не «влипала» в них…
У Нурии работал автоответчик, который голосом Нурии без устали просил оставить сообщение после сигнала. В конце концов Аня, шмыгая носом, продиктовала: «Нурия, не могу до тебя дозвониться. Очень беспокоюсь. Когда бы ты ни вернулась домой, позвони мне немедленно».
Ни вечером, ни утром следующего дня Нурия так и не позвонила.
Накануне Снежко проявил неожиданную настойчивость и попытался остаться ночевать, но Яся и Макс совместными усилиями выпроводили гостя, опасаясь, что его неосторожные высказывания заставят доведенную до белого каления Анну перейти к рукоприкладству. Девушка и так весь вечер хищно косилась в его сторону.
На завтрак Яся приготовила вкуснейший омлет с сыром и грибами, но ни у кого, включая саму повариху, аппетитное кушанье не вызвало энтузиазма. Аня вяло возила вилкой по тарелке, в которой остывал омлет. Выглядела она на тройку с минусом: под глазами темные круги, густые волосы всклокочены, кожа цветом как асбест – серо-белая.
– Нужно и в самом деле что-то делать, – робко сказала Яся, покачав головой.
Макс пожал плечами. Он делал вид, что просматривает газету. Отличный предлог, чтобы не видеть перед собой бледное лицо любимой девушки. Он не знал, как ее утешить, а смотреть на ее мучения было выше его сил.
Блуждающий взгляд Анны уперся в газетную страницу. В нижнем углу размещалось небольшое объявление: «Провидица Василиса. Уникальный дар предвидения». Девушка горько усмехнулась и прошептала:
– Если бы я могла знать…
– По-моему, вы зря расстраиваетесь, – сказала вдруг Яся. На этот раз ее голос звучал решительно. – Подруга просила приехать к ней. Так за чем дело встало? Нужно ехать. На месте разберемся, что к чему.
– Легко сказать. Это ж не в соседнюю деревню смотаться. Калифорния все-таки. – Макс попытался рассуждать здраво, но Анна уже загорелась. Не слушая никого, она помчалась собирать вещи, посадив Ясю за телефон – обзванивать авиакассы. Скоро выяснилось, что нужные билеты есть, но возникла новая проблема. Макс не мог лететь в Америку немедленно – у него была просроченная виза. А Анна не желала ждать ни дня. Со своей стороны Макс категорически воспротивился тому, чтобы девушка отправилась за океан одна. Их яростный спор пресекла Яся.
– С тобой поеду я, – сказала она просто.
Аня так обрадовалась, что забыла спросить, откуда у простой горничной виза США и немалые деньги на билеты. За последние дни способности Анны связывать концы с концами явно перестали соответствовать количеству этих самых концов, торчащих отовсюду и связываться не желающих. Зато Яся, к удивлению своих новых друзей, развила бурную деятельность. В результате уже через день обе они беспрепятственно поднялись на борт самолета в сопровождении высокого, небрежно одетого молодого мужчины. На его присутствии настояла… Яся. Она убедительно доказала, что, собравшись в такую даль, грешно не взглянуть на таинственный сборник своими глазами, а смотреть на раритет сподручнее в присутствии специалиста. Анна не стала возражать. И торжествующий Александр получил приглашение. Макс утешал себя тем, что Снежко, как представитель сильного пола, сможет защитить женщин от неожиданностей. У его девушки было на этот счет свое собственное мнение, но она оставила его при себе. Сил на препирательства у нее не было. Она решила просто игнорировать присутствие неприятного ей человека и начала с того, что притворилась спящей в самолете.
Аня думала о Нурие. Она думала о ней во время полета, в аэропорту, проходя паспортный контроль, и даже в такси, которое мчало троицу по живописным улицам Сан-Марино.
Такси выехало на берег океана. Дом, в котором жила Нурия, стоял почти на самом пляже. До этого Аня видела его только на фотографиях, но сразу узнала двухэтажный особняк в псевдоиспанском стиле. Ее несказанно обрадовало, что в двустворчатых французских окнах первого этажа горел свет. Нурия жила одна, и это могло означать только то, что подруга наконец-то дома. Уличный фонарь подсвечивал разросшиеся кусты азалий возле крыльца, усыпанные еще не раскрывшимися розовыми бутонами. Крона векового дерева в полдома высотой, с причудливо сплетенными воедино стволами, нависала над крыльцом как живой тент. Все вокруг выглядело необычным, мирным, почти волшебным.
– Сказка! – выдохнула Яся восхищенно.
