Хугес остался на пороге первого помещения. Грофилд и Валтер вошли в кладовую – длинный зал с высоким потолком, где стояли ящики и коробки, некоторые штабеля достигали десяти футов высоты, между ними были оставлены проходы.
Двойная двустворчатая дверь вела в магазин, в ней на уровне глаз были сделаны два маленьких окошечка. Грофилд заглянул внутрь, увидел ярко освещенный магазин, но ни одного служащего там не заметил. Он повернулся, чтобы осмотреть зал и наметить план действий.
– Валтер, – проговорил он через некоторое время, – садитесь на этот ящик. Действуйте.
Валтер подошел, чтобы сесть, удивленный, но послушный. Он находился примерно в восьми футах от двустворчатой двери на виду каждого, кто вышел бы в нее. Он сидел чуть левее по отношению к двери и недалеко от входа в помещение, где находился Хугес.
Грофилд удовлетворенно кивнул головой и направился к стене по правую сторону от двери в магазин.
– А теперь, Валтер, – сказал он, – я хочу, чтобы к каждому, кто войдет сюда, вы обратились по имени и сказали им следующее: «У нас проблема. Нужно делать то, что хотят эти люди». Поняли?
Валтер повторил.
– Прекрасно, – кивнул головой Грофилд. – И не забывайте называть каждого по имени. Если, например, это будет Энди, вы скажете: «Энди, у нас проблема, нужно, чтобы мы сделали то, чего хотят от нас эти люди». Вы поняли?
Валтер опять повторил.
Все это напоминало репетицию в любительском театре.
– Отлично, Валтер, – признался Грофилд. Нельзя жалеть похвал в таких ситуациях. – А теперь расслабьтесь, можете курить, если хотите.
– Я не курю. Бросил.
– Хорошее решение. Я гоже бросил. К чему отравлять свое существование, не так ли, Валтер?
Тот слабо улыбнулся в ответ.
Им пришлось терпеливо ждать, пока каждый из служащих не прошел через большую дверь, толкая перед собой тележку. Первым был Пит. Валтер подал условную реплику. Пит увидел маску и автомат Грофилда, и тот отправил его через дверь напротив, где им занялся Хугес. Настоящая работа по цепочке. Барн наблюдал, как Тобелман связывал его и подсаживал к остальным в фургон.
Энди вошел через несколько минут и прошел по той же цепи. Затем прошло пять минут, и Грофилд, не выдержав, сказал:
– Валтер, я сожалею, но вам придется позвать Хэла. Вам нужно лишь просунуть голову и крикнуть ему. Потом возвращайтесь, садитесь, и все пойдет как в предыдущих случаях.
Валтер послушался, и минутой позже Хэл присоединился к остальной компании.
– Теперь ваша очередь, Валтер, – обратился к нему Грофилд. – Я должен поблагодарить вас за содействие.
– Я бы не хотел, чтобы хоть один из них был ранен, – сказал Валтер.
Безусловно, он уже продумал то, что скажет завтра своему директору, почему он не дал себя убить, чтобы помешать ограблению магазина.
– Это было лучшее, что вы могли сделать, – согласился Грофилд. – Теперь идите.
И Валтер прошел по цепи. Грофилд следовал за ним, а Хугес замыкал шествие. Прежде чем выйти, Грофилд прислонил автомат к стене около двери, и потом, пока Тобелман связывал Валтера, он вместе с Xутесом развязал веревки, которые держали фанерный щит в глубине фургона. Они подняли его и понесли, причем вынуждены были повернуть его боком, чтобы вытащить из фургона.
Дверь, ведущая в кладовую, была уже. Но им крайне необходимо было пронести через нее щит.
– Это единственное, что мы не предусмотрели, – сказал Грофилд.
– Да, – недовольно проворчал Хугес. – Подержите фанеру.
Грофилд держал щит, пока Хугес, достав из кармана отвертку, снимал дверь. Это дало необходимые им несколько дюймов, и они просунули фанерный щит через дверь, не повредив его.
Барн и Тобелман присоединились к ним. Они заперли заднюю дверь фургона и дверь на разгрузочную площадку. Тобелман нес автомат Грофилда и четыре фартука.
Войдя в кладовую, они сняли свои маски и надели фартуки. На всех были белые рубашки, и теперь они стали похожи на служащих магазина. В этот вечер Грофилд изменил свою внешность, нацепив на себя бакенбарды и очень густые усы, немного замазав нос и подведя глаза. Он не хотел в один прекрасный день, будучи на сцене, услышать, как кто-нибудь из зрителей встанет и закричит: «Вы один из грабителей магазина самообслуживания „Фуд Кинг” в Беллевиле», не считая других возможных неприятных последствий.
Через двустворчатую дверь они легко пронесли щит. Грофилд, который шел сзади, поинтересовался:
– А у вас есть молоток?
– У Стива есть, – ответил Хугес, шедший впереди.
– У меня есть, – подтвердил Тобелман.
На щите была наклеена бумажная афиша. Пользуясь портативным фотоаппаратом, Стив Тобелман в предыдущие дни сделал в этом магазине много снимков, в том числе и с рекламного плаката, находящегося над сейфом. Плакат, воспроизведенный с большим совершенством, со всеми деталями, красовался на листе бумаги, который покрывал щит.
Хугес и Грофилд протащили фанеру между первой кассой и кабинетом директора и поставили его у стены кабинета, которая была напротив стоянки для машин. На стоянке стояли три машины, принадлежащие служащим ночной смены.
Хугес посмотрел на этот маскарад.
– Никаких изменений. Тот же вид, что и был, когда я подъехал.
