Он уже спал, а Фрэнки все держала его за руку. Она думала о Финли, о его письмах каждую неделю, об этих смешных историях и красивых открытках
Но война все продолжалась.
Мужчины умирали. Становились инвалидами.
Фрэнки никогда не думала о медсестрах во Вьетнаме, в газетах о них ничего не писали. Никто вообще не говорил о женщинах на войне.
Фрэнки словно очнулась, в ней зарождалось новое отчаянное устремление.
— Я тоже могу служить своей стране, — сказала она спящему парню, руку которого все еще держала.
Мысль была мятежной, пугающей и такой пьянящей.
Но может ли она?
Как узнать, достанет ли тебе сил и мужества? Особенно если ты девушка из хорошей семьи, которую жизнь никогда не проверяла на прочность.
Она закрыла глаза и представила, как сообщает родителям, что поступила во флот и отправляется во Вьетнам, как пишет Финли письмо: «Барабанная дробь! Я в составе ВМС, скоро буду во Вьетнаме! До встречи!»
Если сделать все прямо сейчас, они и правда скоро встретятся. Там, во Вьетнаме.
На стене героев появится ее фотография — не за удачное замужество. А за спасение жизней на войне.
Родители будут гордиться ею так же, как гордятся Финли. Всю жизнь ей говорили, что военная служба — семейный долг.
Но ей не было страшно. На корабле-госпитале она будет далеко от боевых действий.
Когда она отпустила руку спящего солдата, решение уже было принято.
Всю неделю Фрэнки как одержимая планировала этот выходной, о своих намерениях она никому не рассказывала и советов не просила. Она говорила себе притормозить и еще раз обо всем подумать, но правда была в том, что она давно все решила и никто уже не мог ее остановить.
Фрэнки быстро приняла душ и вернулась в спальню. Комната была точно такой же, как в детстве, — кровать с балдахином и рюшами, пушистый ковер, розы на полосатых обоях. Она надела строгое, элегантное платье — одно из тех, что купила ей мама.
Как она и предполагала, дома в это время никого не было. Мама играла в бридж в загородном клубе, а папа был на работе.
В час двадцать пять Фрэнки подъехала к ближайшему призывному пункту ВМС, рядом с ним стояла кучка протестующих с плакатами в руках: «Война убивает детей и все живое, бомбить ради мира — как трахаться ради девственности».
Под одобрительные крики толпы двое длинноволосых парней сжигали свои повестки (что вообще-то было незаконно). Фрэнки не понимала протестующих. Неужели они думают, что пара плакатов заставит президента Джонсона закончить войну? Разве не понимают, что если во Вьетнаме победят коммунисты, та же участь ждет всю Юго-Восточную Азию? Разве они не читали, каким жестоким может быть этот режим?
Фрэнки почувствовала себя белой вороной, как только вышла из машины. Она крепче сжала в руках дорогую темно-синюю сумочку из телячьей кожи. Народ скандировал: «Нет войне! Нет войне!»
Вдруг толпа развернулась к ней и затихла.
— Сраная республиканка! — выкрикнул кто-то.
Фрэнки заставила себя идти дальше.
— Черт, — раздался другой голос. — Девка совсем спятила.
— Куда ты идешь, дура!
Фрэнки открыла дверь призывного пункта. На стене висел плакат: «Будь патриотом, вступай в ВМС». Рядом за стойкой стоял моряк в форме.
Фрэнки подошла к нему.
Протестующие барабанили в окно. Она пыталась держаться спокойно и невозмутимо.
— Я медсестра, — сказала она, не обращая внимания на крики снаружи. — Хочу записаться добровольцем во Вьетнам.
Моряк нервно покосился на толпу за окном.
— Сколько вам лет?
— Двадцать, сэр. На следующей неделе будет двадцать один.
— По нашим правилам вы должны отработать два года в больнице штата, только после этого мы можем отправить вас во Вьетнам.
Два года. За это время война уже кончится.
— Вам не нужны медсестры?
— Очень нужны.
— Мой брат во Вьетнаме. Я… хочу помочь.
— Простите, мэм. Правила есть правила. Это для вашей же безопасности, поверьте.
Фрэнки расстроилась, но не пала духом. Она вышла из призывного пункта, почти бегом проскочила мимо протестующих, которые выкрикивали ей вслед ругательства, а затем зашла в телефонную будку и отыскала в справочнике Лос-Анджелеса адрес ближайшего отделения военно-воздушных сил.
Там ей сказали то же самое — прежде чем отправляться во Вьетнам, наберитесь опыта здесь.
В отделении сухопутных войск она наконец услышала то, что хотела: «Конечно, мэм. Корпусу армейских медсестер нужны лишние руки. Вас отправят сразу после основной подготовки».