Полного равноправия полов в Древнем Риме не было никогда – из-за убежденности мужчин в том, что женщина должна заниматься только своим домом, а мужчина – делами за его пределами. Эта идея изжила себя очень давно, но мужчины не хотели с ней расставаться. В сфере домашней экономики никто не подвергал сомнению власть женщины и ее знания и опыт. Она занималась едой, одеждой, слугами и воспитанием маленьких детей.
Именно поэтому мужчины считали, что она не может активно участвовать в общественной жизни, ведь для этого у нее нет ни знаний, ни опыта. Так что женщинам не давали права голоса; а о том, чтобы они заняли какой-нибудь общественный пост, мужчины даже подумать не могли. Во времена империи никто не сомневался в политической мудрости Ливии, Плотины или Юлии Месы, но от официального участия в делах управления они были отстранены. Предложений о том, чтобы женщина была избрана императрицей, даже не вносилось.
Аналогичным образом женщины не могли быть судьями; не могли они и защищаться в суде. До эпохи Юстиниана их запрещено было назначать даже опекуншами своих собственных детей. Им не позволялось – если, по закону Августа, они не производили на свет требуемое число детей или не получали почетного звания многодетной матери – самостоятельно управлять своими делами.
Юристы называли женщин слабым полом и заявляли, что им не хватает твердости для того, чтобы конкурировать с мужчинами в суровых условиях общественной жизни. Infirmitas consilii (ненадежные советы) были любимым выражением ораторов. Но если у римлян хватало лицемерия, чтобы заявлять, что отсутствие необходимого опыта является для женщин непреодолимым барьером для участия в политической жизни, то они все же не решились утверждать, что женский ум на порядок слабее мужского.
