На улице стало совсем темно, мое отражение в стекле стало более отчетливым. Лампа освещала меня с одной стороны, и я увидел, что в левой створке окна отражается темная половина моего лица, а в правой — светлая. Официант принес бокал коньяка, чашку эспрессо и как-то незаметно исчез, будто растворился в полумраке зала.
Я сделал большой глоток из бокала и стал не спеша размешивать сахар в чашке с кофе. Ладони еще ощущали мокрый ветер, колючие молнии и теплые солнечные лучи. Я понял, что остался всесильным и захотел, чтобы мы снова были вместе. Дверь в кафе тут же открылась, и вошла ты.
— Рад, что ты пришла, — сказал я. — Теперь я стал другим и могу сейчас доставать для тебя звезды с неба.
— Мне не нужны звезды! — ответила ты.
— Я могу подарить тебе солнечные лучи и сверкание молний!
— Мне не нужно этого! Просто… отпусти меня.
И она ушла.
— Когда женщины уходят сами, они уходят навсегда! — сказал мне официант, подливая коньяк в мой опустевший бокал. — И самое страшное, когда они уходят не к кому-то, а просто так. Тогда их не удержать ни властью, ни деньгами.
Я допил коньяк и вышел на улицу ловить такси. Дождь опять усилился, стало совсем холодно.
Девочки вы мои дорогие! Как непросто вам было быть счастливыми во времена, когда мы знали всех советских космонавтов, когда вся страна пела про БАМ и когда по вечерам в ресторанах играли «Ах, Одесса!».
Утром вам надо было накраситься, одеться и выпить кофе с бутербродом. Это не список действий, это список проблем. И вы решали эти проблемы! Вы помните очереди за польской косметикой, итальянскими сапогами и индийским кофе? А еще надо было купить иранский стиральный порошок, отметиться в очереди на чешскую стенку и отстоять очередь за свежими помидорами и зеленым луком.
А в обед надо решать: идти в столовую, от которой со вчерашнего дня побаливает желудок, или просто выпить чашку чая с булочкой за десять копеек? А тут еще женщины на работе сказали, что рядом дают хлопковое постельное белье, которое так легко гладить!
И мысли, мысли… А сходил ли муж на молочную кухню за творожком и кефиром? А кто вечером поведет старшую на фигурное катание? Ей срочно нужны черные спортивные брючки, а то старые совсем порвались! Где взять деньги, где это купить?
Опять в этот автобус я не смогу сесть со своими сумками! Вот был бы у меня друг с машиной! В любовницы я, наверное, уже не гожусь, на руках мозоли от стирки и уборки, седина не закрашена… Но вот просто другом я вполне могла бы быть. Я бы ему очереди занимала, и макулатуру на Дюма помогала собирать. Милый мой друг, где ты со своей «шестеркой»?
А с ужином все в порядке. В кулинарии антрекоты за 37 копеек куплены, есть запас картошки. Помидоры порежем, лучка покрошим… Может, по телеку чего интересного покажут!
…Но вот наступает день, когда какие-то чертики начинают плясать в глазах, когда самые простые тряпки, или даже не тряпки, а что-то другое, идущее изнутри, делает твой стан гибким, походку стремительной, взгляд загадочным, улыбку обворожительной. И ты идешь по теплому асфальту, твои каблучки выбивают победный марш, от тебя расходятся волны счастья и радости. И не важно, что это видят только несколько прыщавых юнцов, старушки на лавочке и странный мужчина с сизым носом. Это важно для тебя самой. Этот день — твой день!
Да будет так всегда!
— Я не успела! У меня только две руки, которые смотрели телевизор и кушали!
***
— Я забыла, ласковый телятя сколько мамок сосет?
— Он у семи нянек без глаза!
— А-ааа… Ласковый телятя без глаза семь мамок сосет!
***
— Вот этот насос тебе сейчас нужен?
— Сейчас нет!
— Я тогда от него провод отрежу, мне надо ветки увязать!
***
— Ты красную смородину хочешь?
— Нет, не до того сейчас.
— Отлично, тогда ты ее не ешь, а только собирай!
***
— А вот мой дедушка никогда не помогал бабушке собирать ягоды.
— А что он делал?
— Ну… копал что-то, с приятелями выпивал…
— Если бы ты копал или выпивал, то я бы тебя тоже не просила.
***
— А тебя бабушка заставляла собирать ягоды?
— Нет, она меня любила!
— Неправильная какая-то любовь… непедагогичная…
***
— Хм… а ты хорошо умеешь собирать ягоды…
— Да, тут я маху дал! Заговорила ты меня!
Кризис среднего возраста мы преодолеваем легко.
У нас еще много вариантов, которые нас не пугают.
Можно свернуть и туда, и туда…
Можно попробовать и то, и то…
У нас есть силы, чтобы залезть на новую лестницу.
Пусть даже для этого придется слезть со старой, такой знакомой.
Мы запросто начинаем с нуля.
Или даже с минуса.
Был банковским служащим — открыл ресторан.
Был специалистом по квантовой физике — стал строителем.
Был инженером — стал писателем.
Был экономистом — стал переводчиком.
Кто-то меняет женщин, кто-то города.
А кто-то просто приезжает на берег океана, чтобы каждое утро смотреть как волны накатываются на белый песок и он начинает блестеть, отражая розовые облака.
Кризис старшего возраста сложнее.
У тебя уже нет сил пробовать все новые и новые лестницы.
