И Паллант, и Каллист, и Нарцисс стали любовниками Мессалины. Молодая супруга нового императора предалась безудержному разврату. Мало кто отказывался от ее непристойных предложений, слишком велика была ее роль на вершинах власти, ненависть же и ревность Мессалины были ужасны. Повод к ее гневу мог быть совершенно неожиданным, а расправа жестокой. В Риме долго помнили, как она поступила с Валерием Азиатиком, который дважды избирался консулом, отличился в походе в Британию, да к тому же был близким другом самого Клавдия.
Причиной для расправы послужили два обстоятельства. Во-первых, Азиатик был когда-то любовником неугодной Мессалине Поппеи Сабины (матери одной из будущих жен Нерона), а, во-вторых, супруга императора позарилась на роскошные сады Лукулла, принадлежавшие ему. По ее распоряжению Публий Суиллий и Сосибий оклеветали этого невинного человека, внушив Клавдию, что Азиатик готовит мятеж против него. Ничего не подозревавший Азиатик по приказу Клавдия был немедленно арестован и в цепях доставлен в Рим для разбирательства. Никакого суда не было — обвинителей и обвиняемого слушали лишь императорская чета и их приближенные. Защитительная речь Азиатика заставила разрыдаться даже Мессалину. Но тут же она потребовала его смерти, а к его бывшей любовнице послала своих людей, чтобы те заставили Поппею Сабину совершить самоубийство. Несчастная женщина наложила на себя руки, причем Клавдий даже ничего об этом не знал. Страх перед всевластием Мессалины был таков, что, когда затем император поинтересовался у Сципиона, мужа Поппеи Сабины, почему отсутствует уже несколько дней его супруга, тот ответил, что она скончалась. Азиатику же было предложено самому выбрать вид смерти. С необычайным хладнокровием гордый римлянин сам выбрал себе место для погребального костра в своих садах, позаботившись, чтобы огонь не повредил деревья, а затем вскрыл себе вены.
Мессалина же продолжала неистовствовать. Многочисленные оргии чередовались с ее похождениями по грязным вертепам. Жажда любовных наслаждений захватила ее целиком. Что это было? Особенности физиологии ее организма, как пытались объяснить еще древние авторы? В медицине со временем появился даже термин «мессалинизм» как обозначение безудержной похоти. Но вряд ли дело сводилось лишь к этому.
Время Мессалины было временем невиданной до того в Риме распущенности и разнузданности среди его высших кругов, да и другие слои римского общества не отличались целомудрием. И пример тому подавали сами носители высшей власти. Еще Октавиан Август, издавший ряд строгих законов против разврата и пытавшийся представить себя образцом добродетели и скромности, в действительности сам отнюдь не следовал этим предписаниям. Он дважды разводился, третью свою жену Ливию он попросту отбил у ее мужа Тиберия Нерона, когда та была уже на шестом месяце беременности. У Октавиана было множество любовниц, как девушек, так и замужних женщин, которых подыскивали ему друзья. К старости он стал особенно увлекаться молодыми девушками, их поставляла ему сама супруга. Довольно быстро пошли по его стопам дочь Юлия и внучка, носившая то же имя. Несмотря на строгое воспитание, обе они прославились такими скандальными похождениями, что были отправлены в ссылку под строжайший надзор.
При императоре Тиберии появились новые законы против распутства женщин, а после того, как одна из знатных замужних женщин публично призналась, что занимается проституцией, был издан указ о запрещении этой древнейшей профессии для женщин из всаднического сословия. Но ? пытаясь исправить общественные нравы, Тиберий тем не менее не считал самого себя связанным строгими моральными нормами. Он мог, например, клеймить позором в сенате кого-либо из запятнавших себя развратом, а через несколько дней отправиться на обед к Цестию Галлу и требовать, чтобы все было там как прежде — невиданная роскошь, прислуживающие голые девушки и тому подобное. Затворившись на вилле на острове Капри, Тиберий предался безудержному разврату — там разыгрывались самые непристойные оргии, в рощах юноши и девушки изображали из себя фавнов и нимф. Своими любовницами он заставлял быть самых знатных женщин. Тех же, кто при этом не выказывал ему требуемых симпатий, подвергал репрессиям. Долго в Риме говорили о его расправе над Маллонией, однажды растлив которую Тиберий отдал за ее последующее упорство под суд. На суде опозоренная женщина обозвала императора волосатым и вонючим стариком с похабной пастью, а вернувшись домой, заколола себя кинжалом. Но особенно пагубной была страсть престарелого Тиберия к юношам — их разыскивали и силой доставляли к нему на Капри императорские рабы.
