На Трае шерстяная шапка. Он будет ходить в ней весь день, и ему наплевать, что красивые волосы под ней спутаются.
Сегодня в отделе дизайна тихо. Халли нет в офисе, и нет звуков ломающихся канцелярских принадлежностей, потому что Али опять взяла больничный. Над ней живет барабанщик, который стучит всю ночь. Она говорит, что страдает из-за него бессонницей и потому так часто болеет.
Тут мне бросается в глаза, что Ронда тихонько работает над папкой в форме лодыжки.
— Что это?
— Еще одна чертова папка, — отвечает за нее Трай.
— Когда Руфь дала тебе этот проект?
— Оставила записку с вечера. Я нашла ее на столе, придя на работу. Наверное, задержалась вчера допоздна, — поясняет Ронда.
Сегодня на ней снова этот ужасный пояс; некоторые блестящие вставки начинают вываливаться. Мне хочется рассказать Ронде, что случилось с Робом, но меня удерживает атмосфера безумия, окружающая Трая… ненадолго.
— Вчера вечером пришел Роб и стал задавать Руфь вопросы.
— Интересно, — говорит Трай, давая понять, что вовсе не интересно.
—
— Например? А почему я не замечаю за ней странностей? Ну, если не считать одежды.
— Потому что тебя никогда нет.
— Я всегда поблизости.
— А вот и нет. Тебя никогда нет.
О чем он?
— Трудно поверить, — продолжает Ронда, — в последние несколько дней Руфь повадилась звонить Робу и менять голос. Задает вопросы, которые я предпочту не повторять в такой компании. Как только он вешает трубку, она перезванивает. Не представляешь, как жутко все это. Думаю, со временем она поймет, что сексуальные домогательства не проходят, и снова начнет грозить ему судом.
— Или будет вешаться на него, — вмешивается Трай.
— Заткнись, Трай. Роб ненавидел ее с первого дня. Но от нее так просто не избавишься. Вот и застряла здесь.
Ронда и верно знает все.
— Лучше бы он ее убил, — говорит Трай.
Уже во второй раз этот человек упоминает вместе смерть и Руфь. Вот бы сюда пришел какой-нибудь начальник и увидел, какому психу они платят деньги.
— Хлоя, зайди ко мне.
Это Руфь! Жива!
— Доброе утро, Руфь. Прошу прощения за вчерашнее. Понимаю, я ненормально себя повела. Мне не хотелось убегать, но я не представляла, что ему ответить, — немедленно выпаливаю я.
— Не надо извинений, Хлоя. Я тебя раскусила. Больше меня не обманешь. Однако работа есть работа, и сегодня мне надо представить директору по рекламе наши предложения для номера про обувь. Поэтому вместо того, чтобы проводить часы в кафетерии, поработай-ка для разнообразия. Подготовь мне к обеду несколько идей. Думай про обувь и не вставай из-за стола, пока что-нибудь не родится. Ясно?
— Разумеется, немедленно приступаю.
Она плакала, сразу видно. Я тоже, того и гляди, заплачу. Ее жизнь куда труднее, чем многим кажется. Руфь нужна помощь. Придется мне быть сильной за двоих и вытащить ее из этой ситуации. Все зависит от меня. Так-то. Сегодня Хлоя Роуз научится ни на кого не опираться. Надо только позвонить.
— Привет.
— Что случилось?
— Ничего.
— Хлоя, я очень занята. Говори быстро, но не вешай трубку посреди фразы.
— Ладно. Руфь меня внезапно возненавидела.
— Ты права, она тебя на дух не переносит, но не внезапно.
— Нет, внезапно. До вчерашнего дня она меня любила.
— Нет.
— Зоя, ты не права. Я совершила ошибку.
— А вот и нет. Руфь еще на интервью была на тебя зла.
— Ты меня не слушаешь и ничего не понимаешь. Ее уличили в попытке украсть мои идеи и выдать их за свои. Когда издатель спросил меня, чьи эти идеи, я убежала.
—
— В обувную кладовку, точнее, в одежную.
— У них есть и то, и другое?
— Угу.
— Здорово! Только я хотела предложить уволиться, как ты представила все в новом свете. Кстати, ты сейчас не заперта? После прошлого раза я держу наготове номер слесаря.
— Нет! Мне не нужен слесарь. Мне нужна твоя помощь, чтобы Руфь снова меня полюбила.
— Ладно, перечитай письмо, которое я написала тебе после интервью. Там тонны советов.
— Я оставила его дома.
— А виниловый пояс ты пробовала?
— Нет.
— Попробуй.
— Слишком поздно. Мне нужна идея, которая сработает прямо сейчас, причем без переодевания. Я уже на работе, и на мне замечательный комплект одежды, подобранный одним из редакторов. Я выгляжу прямо как мама, жаль, ты меня не видишь.
— А туфли?
— Джимми Чу.
— Хлоя!
— Ничего не могла с собой поделать. Они идеально подходят к юбке. Кроме того, вряд ли Руфь сердится на меня из-за одежды. Она решила, что я дурной человек.
— А поточнее?
— Постараюсь. Она думает, что я дурной человек и сучка.
— Попробуй план про болезнь. Притворись, что тебе позвонил врач с ужасными новостями, изобрази, будто плакала. Сделай так, чтобы нос и верхняя губа покраснели. Покусай, если понадобится.
— Покусать себя за нос?
— Покусай