Желание постоянно вызывать в себе сексуальные ощущения появилось в возрасте 10 лет. Мне всегда нравилось представлять себя не с мужчинами, а с девушками. Я воображала, мастурбируя, как девушка нежна со мной, как целует меня везде, и эти фантазии преследуют меня до сих пор. Если я представляю себя с женщиной, я достигаю оргазма в считанные секунды.
Мужчины в моих фантазиях бывают крайне редко.
69. Мечта, 20 2 >> 3 >> 4 >> 5.
Эротическое чувство впервые постигло меня в 13 лет… О, это было здорово… мне стали сниться эротические сны. Потом у меня начали появляться бурные фантазии. Я любила залезть вечером в кровать и мечтать.
Потом мне это все снилось, ну а став взрослее, я воплотила свои мечты в реальность…)))
Я ощущала легкую возбудимость, и мне это нравилось. Однажды мне приснилось, что я себя ласкаю, а оказалось, что делаю это наяву…
Проснулась и стала возбуждать себя все больше и больше, но до оргазма так и не дошло. Но я уже знала, что это очень приятно и поэтому начала задумываться над тем, чтобы попробовать с парнем… Но я боялась!!!
70. Синяя Птица, 28 < 2 >.
Это началось, когда мне было 10 лет. Я ходила в дом пионеров на занятия в хореографический кружок. Мы занимались в купальниках на голое тело в большом зале, по вечерам. Специальной раздевалки там не было, нужно было переодеваться либо прямо в зале, либо в «предбаннике» туалета. Я была новенькой и присоединялась то к одной группе девочек, то к другой.
В один из дней меня оставила для «разбора полетов» руководительница занятий, поэтому переодеваться я пошла позже остальных в туалет, чтобы не оставаться одной в зале. К моему удивлению, там все еще были четыре девочки, причем совершенно голые. То есть, они вроде бы переодевались, но как-то очень медленно, неохотно. То надевали что-то, то снимали (якобы неправильно надетую вещь), проходили из «предбанника» в туалет и снова возвращались. Кажется, они были не рады моему приходу, посмотрели очень холодно. Чувствовалось, что ситуация какая-то напряженная. Я сняла купальник и тоже осталась без всего. Мне показалось неудобным сразу одеваться и уходить. Я присела на скамеечку и завела «светский разговор» о занятиях, о руководительнице. Девчонки мне отвечали, и я понемногу осваивалась.
Неожиданно я обратила внимание на какое-то движение в стене напротив. Я очень удивилась и подошла почти вплотную. И обнаружила то, на что раньше никогда не обращала внимания — в деревянной стенке были ножом вырезаны дырочки! За этой стенкой находился такой же «предбанник» мужского туалета, и кто-то оттуда за нами подглядывал! Я вся похолодела, поспешно отошла к скамейке и стала одеваться. И все время, пока одевалась, как будто чувствовала на себе жадные любопытные глаза. Другие девчонки, казалось, поглядывали на меня насмешливо. Они никуда не торопились.
В эту ночь я долго не могла уснуть. Против воли я чувствовала в этой ситуации что-то возбуждающее, то, что и страшило, и манило одновременно.
На следующих занятиях после окончания я подошла к одной из тех девочек и поделилась с ней своими наблюдениями. Она отреагировала как-то очень спокойно, сказала что-то вроде: «Не хочешь — не ходи». Но, не знаю почему (может, чтобы что-то доказать?), я в этот раз снова пошла с ними.
Мне сперва казалось — это что-то вроде соревнования — кто дольше сможет пробыть голой под чужими взглядами. А я готова была на многое, чтобы доказать этим девчонкам, что я (новенькая) ничуть им не уступлю.
Но ситуация сама по себе начинала возбуждать больше и больше. Особенно, когда я слышала за стенкой вздохи, шепоток, иногда чуть слышный «ох», видела время от времени мелькание глаз в отверстиях. Мне самой стало тяжело дышать, появилось незнакомое «скручивающее» чувство в животе. Но я решила выдержать все до конца и посмотреть, чем же дело закончится.
Минут через 15 самая «авторитетная» девочка Ира поднялась со скамейки и стала одеваться, а вслед за ней и мы все. Но, одевшись, девчонки направились не на выход, а к той самой стенке и прильнули к дырочкам.
Досталась дырочка и мне. Я увидела трех ребят из судомодельного кружка.
Они стояли, спустив штаны, и демонстрировали свои «игрушки». И не просто демонстрировали, а «играли» ими, нам напоказ. Они показывали нам все. Я смотрела — и то отворачивалась от стыда, то снова начинала жадно разглядывать.
Это продолжалось тоже минут 15, но за эти 15 минут я столько всего перечувствовала! Я поняла смысл всего происходившего. Видимо, был какой-то негласный уговор между этими девчонками и мальчишками.
«Бартер», как сейчас сказали бы. Мы — им, они — нам. И меня это настолько возбудило, что я стала постоянной участницей компании.
