Женский декамерон полностью

   — В общем-то это, Зина правда, что женская солидарность — редкая вещь, — заметила Наташа, — но ведь и своего мужа надо охранять. Я вот, например, не виновата в том, что муж у меня красавец и женщины к нему льнут. Пока он мне ни разу не изменял, это я точно знаю. Но сколько раз был на грани! А сколько мне сил пришлось ухлопать на то, чтобы его в опасный момент от этой грани отвести, да не силой — силой его не возьмешь, а умом, тонкостью и, если хотите, вот этой самой стервозностью. Я вам расскажу только один этюд из нашей жизни, когда мне пришлось такой стервой стать, что я сама себе удивилась.

История третья,

   рассказанная инженером Наташей о том, сколько мудрости и стервозности пришлось ей проявить для сохранения мужа

   Было это уже лет через пять после свадьбы. Жили мы хорошо, сын уже у нас был, двухкомнатная квартира кооперативная. Но бывали и семейные сцены. Я до молодости еще не умела их гасить, увлекалась. Поскандалю, расплачусь — и к маме под крылышко. Мама пожалеет, утешит, а там и муж прибежит домой звать. Иду гордая, как королева, и думаю: «Ах, как, я здорово себя с мужем поставила! Ах, как, он боится меня потерять!» Вот с этими-то уходами я чуть сама его и не потеряла.

   Однажды мы повздорили из-за какой-то ерунды, а у меня как раз еще неделя отпуска оставалась, летом дело было. Я хвать своего Сережку и к мамочке на дачу: Сидим мы с мамой, шепчемся о наших женских проблемах, мама с Сережкой возится. На третий день я начинаю в окошко поглядывать: что-то наш папа за нами не едет? Где же это мой Витюшенька? Витюшеньки ни слуху, ни духу. А были у нас такие друзья Андреевы, к которым он обычно бегал утешения искать, когда я его шпыняла. Я дружила с женой, Олей, а он с мужем ее, Августом. Решила я позвонить Оле и спросить, как там мой супружничек себя ведет? Пошла на станцию за два километра, где был единственный на весь дачный поселок телефон, позвонила. А Оля мне и говорит: «Если ты не хочешь потерять мужа, приезжай немедленно. У него, кажется, уже подруга появилась, какая-то художница. Завтра у Августа день рождения, он собирался ее привести. Поэтому Август тебя пригласить постеснялся. Но приезжай и ты обязательно».

   Возвращаюсь я к маме, все докладываю и реву, естественно. А мама мне и говорит: «Ну, дочка, кончилось твое детство. Сейчас только и начинается супружеская жизнь. До этого все были игрушки, почему и я к тебе относилась, как к дитю, которое лишь бы тешилось. Теперь я тебе другой совет дам. Что бы там ни случилось, ни в коем случае никакого скандала и никаких выяснений отношений! А с соперницей, если она представляет серьезную угрозу, немедленно заведи знакомство». Я в ужасе: «Как, мамочка? Какое такое знакомство? Да я ей глаза выцарапаю!» — И потеряешь мужа, — отвечает на это моя мудрая мама. — Завтра же поезжай, но только не домой, а прямо на день рождения. Вот тебе деньги: если хочешь, сделай прическу. Я бы тебе подарила и на новое платье, но лучше, если ты забежишь домой, когда Виктор будет еще на работе, и наденешь то платье, которое ему больше всего нравится. Есть такое?» Я подумала и говорю: «То платье не подходит. Это даже не платье, а старенький сарафанчик, который где-то здесь валяется. Я в нем была, когда мы с ним ездили на пляж, и он мне в любви объяснился». «Вот и прекрасно! Ищи свой сарафанчик. Я его постираю и отглажу, а ты иди и спокойно спи. Тебе завтра надо хорошо выглядеть. А Сережку у меня оставишь он вам сейчас только помешает».