Обычно мы долго не проводим время в магазине. Сегодняшний день не стал исключением. Тридцатипятилетняя кассирша снова смотрит на нас троих грустными глазами. Наверное, она тоже в свои 18 бухала не просыхая, а потом из-за этого обрекла себя на вечную работу кассиром в хреновом магазине.
А звучит-то жутковато.
Кстати, за нами в очередь пристроились трое других алконавтов. Лет по 19-20. Они мне показались странными. Одна из них, начала шушукаться позади нас с остальными, а потом достала из тележки какую-то бутылку. Немного потоптавшись на месте, она вздыхает, что-то шепчет и подходит ко мне.
—Это вино прекрасно передаёт кровавые реки, в которых будут захлёбываться грешники, порождающие всё дерьмо мира, — она, низенькая девушка с длинными пепельными волосами примерно ниже плеч, обращается ко мне.
Чего, блядь?..
—Не, я… — я пытаюсь подобрать слова, — Я больше… по пивку, знаешь, — я издаю неловкий смешок, и пытаюсь почесать рукой затылок, но забываю, что в руке у меня пиво. Холодная банка прикасается к моему затылку и мой мозг ежесекундно замёрз. Дёрнувшись от неожиданности, я роняю банку, но её успевает подхватить лодыжкой Саня. Ни сказав ни слова, как какой-то профессиональный футболист, он подбрасывает ногой банку и она приземляется прямо в нашу тележку на упаковку чипсов.
Спокойно, Адлер. Ты чего так взбаломутилась? Никогда до этого не разговаривала с очень красивой девушкой-неформалкой, один взгляд который, словно гипнозом, заставляет тебя не спускать глаз с этого милого лица? КОНЕЧНО, НЕТ! ОНА ПРОСТО ПИЗДЕЦ, КАКАЯ ХОРОШЕНЬКАЯ!
— Как пошло, — я вижу как она разочаровалась, — В… пиве…- слово «пиво» явно далось ей с большим трудом, —…нет ничего загадочного. Нет символизма. Нет души.
В ином случае, этот человек уже получил бы по ебалу, но не она. Что-то в ней есть, кстати говоря.
— По-твоему, в забродившем виноградном соке есть что-то больше, чем… забродивший виноградный сок? — спросила я.
— Ты точно не человек истинного искусства. Не писатель, я права?
ЗАЧЕМ Я ЭТО СКАЗАЛА? ЗАЧЕМ Я ЭТО СКАЗАЛА? ЗАЧЕМ Я ЭТО СКАЗАЛА? ПОЧЕМУ Я НЕСУ КАКУЮ-ТО ХУЙНЮ?
— Нет, я… не писатель, я…
— О! Я писатель! — в разговор вклинилась Аня. Та девушка перевела взгляд на Аню.
— Да что Вы говорите? — удивляется девушка.
— Ага! Я даже отправила свою работу в нашу библиотеку. В середине июля там будет конкурс рассказов и фанфиков… и я планирую забрать призовое место, — засветилась от счастья Анна, — Да, это та самая новость, про которую я хотела сегодня рассказать, кстати.
—Нормально… поздравляю, — я нахожу в себе силы отвести взгляд от девушки и толкаю Аню в плечо.
—Я тоже скоро отправлю, — сдержанно комментирует Саня.
Так, стоп. Саня тоже?
Сегодня покупки оплатил Саша. Я люблю пиканье, которое издаёт кассовый аппарат, но только тогда, когда там пробивают алкоголь. Но самый кайф, это когда писк идёт после прикладывания карты для оплаты всего этого. Покупки оплачены и собраны по сумкам и пакетам. До чёткого тусича осталось всего пятнадцать минут. Но стоило нам выйти из магазина, как нас нагнала та пепельная полторашка, которая меня ввела в очень странное состояние.
— Мне очень приятно знать, что вы тоже интересуетесь истинным искусством. Я бы не отказалась как-нибудь на днях снова встретиться с вами, — на её бледном лице появилась улыбка, — Меня зовут Александра Черешнева, — девушка протягивает руку, — Я глава союза творческих людей. К сожалению, сегодня я и мои друзья не смогут составить вам компанию, но я больше чем уверена, что мы ещё увидимся.
— Черешня, мы купили вино! — из магазина нарисовался тот высокий парень с розовыми волосами, и, вслед за ним, такая же низкая девушка с синими волосами. Парень держал в руках две бутылки какого-то явно недешевого вина, а девушка… ну, ещё две такие же бутылки.
Они мне не нравятся. Пепельная разве что интересная. Мне нравится её одежда. Чёрные брюки, чёрные кеды, чёрный пиджак, чёрная футболка под ним, чёрные линзы на глазах и всё это закрепляет чёрная шапочка бини на её голове и очки с круглой оправой… разумеется, чёрной оправой. Надеюсь, у неё сегодня никто не умер.
— Мои… amentibus{?}[“Идиоты” на латинском.] ждут меня. Увидимся, — Александра развернулась и побежала к ним.
Что-что она сейчас сказала?
— Почему я только что узнала, что не только Аня занимается писательством? — спросила я у Сани.
— Честно, я не был уверен, что ты вообще умеешь читать, — почти незаметно улыбнулся Саня.
Иди на хуй.
— О, ну и что ты пишешь? «Камасутра 2»?
В ответ Саня только раздражённо вздохнул.
— А почему я только что узнала, что нашей Лене не только нравятся девушки, но и такие, как Александра Черешнева? — заулыбалась Аня.
Ты тоже иди на хуй.
— Не, Сань, ну ты видел, как она на неё смотрела? — Аня начала тихо хихикать и тыкать в Саню локтем, который всеми силами пытался показать, что ему похуй, — Вангую, она её глазами успела раза 3-4 раздеть, — не унимается девушка, — И ведь вся из себя такая быдлота, но как девушка красивая с ней заговорит, то она прям тут же тише воды и ниже травы.