Этим утром Галиб в интернете впервые увидел репортаж каталонского телевидения об утонувшем Ясере Шехаде, тело которого было выброшено на берег в Айя-Напе. Галиб хмыкнул. Ну откуда он мог знать, что этого, казалось бы, закаленного человека охватит паника, как только он окажется в воде? Что идиот будет просить о помощи и хвататься за него, как беспомощный ребенок? Если бы Галиб не потянул его с собой под воду, они утонули бы оба.
Галиб покачал головой. Хорошо, что у него есть Хамид, который успел доказать, что и один справится с возложенной на него задачей. Всю подготовительную работу он выполнил образцово. Да, это был правильный выбор.
В гостиной раздались возбужденные крики. Галиб удивился. Шум стал громче, когда он появился в дверях. Прямо перед ним с яростным лицом стоял один из лучших людей Хамида, за ним группа, которая явно его поддерживала.
– Мы не хотим предстать перед Создателем в одежде, которую он нам принес, – сказал мужчина, указывая на Хамида.
– Что это значит, Али? – спокойно спросил Галиб. – А если не будет другой одежды?
– Тогда мы откажемся участвовать в этом.
– Откажетесь?! Но мы же джихадисты, Али. Священные воины не могут отказаться от правого дела.
– То, что вы нам предлагаете, – святотатство. Мы все так считаем, это харам.
Галиб медленно повернул голову и посмотрел на остальных.
– Вы согласны с Али? Вы хотите отказаться от великой миссии?
Несколько человек приготовились кивнуть, но замешкались, это Галиб видел хорошо.
– Я снова спрашиваю! Кто поддерживает Али?
Абсолютно никакой реакции, хотя Галиб понимал, что у них на уме.
– А что скажешь ты, Хамид?
– Ты знаешь, что я скажу. План построен на этом, так что Али придется делать то же самое, что и всем.
– Я не буду этого делать. – Али кивнул другим, призывая их присоединиться к нему.
– Мне очень жаль, Али, – сказал Галиб, вынул пистолет из кармана и приставил к его голове. – Ты один такой, поэтому ты нам не нужен, я сожалею.
Две женщины, стоявшие позади, бросились в стороны с криком:
– Не стреляй.
Галиб выстрелил, и Али как мешок рухнул на землю. Кровь потекла по полу, и люди попятились. Только Хоан Айгуадэр в коляске не мог двигаться, но, когда кровь дошла до колес, лицо его стало мертвенно-бледным.
Из соседней комнаты, в которой находились заложницы Галиба, прикованные к кроватям, донеслись рыдания. Только Хамид стоял как соляной столб там же, где и был в самом начале.
– Путь на Небеса открыт для Али. Он заколебался, но я оказал ему милость. Врата Джанны распахнулись для него, он истинный сын своей веры, – сказал Галиб.
– Он был одним из лучших, Галиб! – крикнула Жасмин, одна из двух новообращенных в ислам женщин.
И на ее долю выпало смыть кровь и прибрать в комнате.
Галиб спрятал пистолет во внутренний карман и повернулся ко всем спиной.
Теперь в группе осталось лишь десять человек вместе с ним.
Но и этого вполне достаточно, чтобы нанести удар.
Асада мучили сомнения.
Уже несколько часов подряд он не мог думать ни о чем другом.
– Считаешь, мне надо заниматься этим здесь, Карл? – спросил он.
– А у тебя есть выбор? – последовал ответ.
– Выбор? Мы здесь, а Галиб в Берлине.
– На самом деле мы этого не знаем, Асад.
– У меня там есть кое-какие контакты, я мог бы навести справки.
– Ты говоришь о криминальном мире? – Карл покачал головой.
– Я говорю о тех, с кем сталкивался на протяжении многих лет.
– И ты полагаешь, что Галиб обнаружит себя и нам это пойдет на пользу?
– Не знаю.
– Тогда я думаю, что тебе следует заниматься этим делом здесь. Если он захочет тебе отомстить, то в какой-то момент появится там, где ты находишься. Может быть, наша ставка неверна, но ты не можешь сейчас уехать, Асад.
– Ты меня слышишь?
Асад кивнул и поднял большой палец, глядя на одного из сотрудников Герберта Вебера, который стоял в другом конце комнаты. Наушник был микроскопический, самый маленький из всех, которые он когда-либо видел. Какие они все же молодцы в службе безопасности.
– Все теперь зависит от тебя, понимаешь?
Герберт Вебер стоял перед ним с поднятым указательным пальцем, словно старый школьный учитель. Асад прекрасно знал, что на кону не только его жалкая жизнь, поэтому кивнул.
– Если тебя убьют, Галиб больше не будет откладывать теракт.
И Асад снова кивнул. По-видимому, именно это и будет его самой надежной страховкой в жизни, если только не явится сам Галиб.
– Взгляни на эти фотографии, мы сделали их вчера. Если Галиб решил, что тебя надо убить, в чем сам ты сомневаешься, то для этого есть масса возможностей. Вокруг парка огромное количество окон, откуда снайпер легко может попасть в тебя. Это недопустимо, и нам нужно позаботиться об этом.
